Прости меня, Эрни. Я угробил себя и, что хуже, тебя. У меня огромные долги… Их никак не вернуть…
Накадзима-сама закурил сигарету.
Я должен Токийской Стали больше одного миллиарда йен. Думаю, ты знаешь, кто они такие и как работают. Они возьмут своё до самой последней йены. Три отрубленных пальца на моей руке тому доказательство…
С меня требуют миллион йен в конце каждой недели и ещё десять миллионов йен в конце каждого месяца. Что-то вроде кредита с баснословными процентами…
Я крутился как мог, Эрни. Брался буквально за всё, что может принести деньги. Больше года это у меня получалось, но каждый месяц становилось сложнее и сложнее.
Сегодня конец месяца, а я собрал только пять миллионов. Хотя вернее, уже ноль миллионов… Всё проиграл на ставках — это было моей последней надеждой…
Я хреновый отец, Эрни. Прости меня… Застрели сестёр, а потом застрелись сам, — Хина говорила сквозь слёзы. — Это единственный выход. Дерьмовая просьба, но поверь, так будет лучше. Оружие, я надеюсь, у тебя осталось…
От них не спастись. У Токийской Стали есть люди по всему миру… Сегодня вечером они обнаружат мой труп, а потом придут к тебе. Сделай всё до их прихода. Жизнь под их гнётом хуже смерти.
— Пиздец… — только и смог произнести я.
— Похоже, это конец сообщения… Осталось десять секунд и Накадзима-сама молчит. — Хина вдруг вскрикнула. — Он выстрелил!… Господин Юрген застрелился!!!…
Я был не в меньшем шоке, чем рыдавшая Хина. Так и знал, что вторая жизнь не без подвоха. Чудес не бывает. Если что-то получил, то значит должен также и заплатить.
Вдруг раздался свирельный дверной звонок. Похоже, якудза уже пришли…
Нам нужен гугл-транслит!
Хина испуганно на меня посмотрела.
Не знаю, чего она боялась больше — прихода якудза, или того, что отец сказал убить их с Азуми. Хотя ситуация дерьмо с любого ракурса.
Я пошел взглянуть в дверной глазок. Там стояли два крепких мужчины в деловых костюмах — один в белом, другой в клетчатом. Первый европеец, второй чистый японец.
А я слегка надеялся, что пришла сестрёнка Азуми… Был вариант не открывать дверь, но это лишь на время отсрочит неприятную встречу.
— На зе соннани нагаи! — с презрением сказал мужчина в клетчатом костюме, как только я открыл дверь. Он сильно толкнул меня руками, отчего я упал к стене. — Хирецу на казоку!
Этот японский я тоже нихрена не понимаю… И что он от меня хочет? Говорит про деньги? Или, быть может, как-то меня обзывает? Интонации у него именно такие — ругательные, грубые.
Я посмотрел японцу в глаза. Мужик, может не надо на меня лезть? Мои силы охотника передались и в этом мире. Я это чувствую. В этой реальности какое-то неимоверное количество разломов. Странно, что тут ещё не царствуют вовсю демоны.