— Марк, что это было? — Оля смотрела на меня тревожно.
— Это был албаста, «дикий».
— Это я поняла. У него в руках был кусок металлической трубы. Раньше такого не было. Им хватало их когтей и зубов, чтобы разорвать животное или человека.
— Нечто подобное было. Ещё там, дома. Мы видели как-то, что один из «диких» держал в руках кусок трубы или арматуры, не помню уже точно. Но там больше это похоже было на остаточную память или на хватательный рефлекс. Тем более, они ещё были в самом начале своих мутаций. Потом уже такого не было, хоть они и продолжали меняться. Но не это главное, Оля.
— А что?
— Я не увидел его в тепловизор. Хотя он стоял напротив «Ковчега».
— Может тепловизор сломался?
— Нет, работает. Я тебя вижу в него.
— Но, Марк, «дикие» же живые, не мёртвые⁈
— Живые. И должны излучать тепло. Тем более, их температура тела выше, чем у нас. Вон Люсе на лоб руку положи. Раньше мы их засекали ночью по тепловизорам. А этого я не увидел. Увидел только движение, но не источник тепла. Это странно и настораживает. Или это очередная мутация или не знаю, что произошло. Надо Софье с Лидой сказать. И нужно поймать одного местного албасту. Выяснить, почему прибор перестал на них действовать.
Луч прожектора продолжал шарить по берегу. Но так больше никого и не увидели. Ушли с Олей в свою каюту. По дороге зашёл к Софье, рассказал ей. Она удивлённо на меня посмотрела.
— Марк, ты уверен?
— Уверен. Они больше не излучают тепло. Я когда смотрел в тепловизор на берег, он напротив меня стоял, и я его не видел. Визор исправен, так как и Ольгу и Люсю с Лёней я видел в него. А этого нет.
— Очень интересно. Раньше же видели их в тепловизоры?
— Видели, в том то всё и дело. А сейчас я даже не знаю, что делать будем???
— Марк, подожди. Скажи, у тебя ведь есть изменения после того, как тебе ввели сыворотку Люси?
— Есть, я это чувствую. Во-первых, раны на мне заживают стремительно. Сама посмотри. — Я сел на стул и разбинтовал повреждённую ногу. Софья, глядя на рану, кивнула мне.
— Вижу. Состояние раны словно прошло пара месяцев. Она уже рубцеваться начинает.
— С рукой так же. Кости срослись, Софья. Хотя по всем привычным данным, времени прошло слишком мало. Во-вторых, чувствую, что могу двигаться очень быстро. И реакция возросла раза в три-четыре. Я тут на палубе упражнялся с пистолетом. Так вот попал в мишень, в десятку с пятидесяти метров, десять из десяти. Стрелял быстро из разных положений, какие мог только принять, учитывая мою инвалидность. И видеть стал лучше. На дальние расстояния у меня словно резкость увеличивается, как в бинокле. И ночью вижу прекрасно. Но вот его я не увидел, совсем. А вот Люся с Лёней либо увидели, либо почувствовали.