Полина махнула рукой.
— Что ты, Марк. Петя то мёд накачал достаточно. Нам куда его столько? И варенье. В этом году и садовая ягода уродилась и лесная. Я уж по привычке то наделала, а нам куда столько? Не съедим. А у вас людей много и детки есть, наверное?
— Есть, Полина Кузьминична.
— Ну вот видите. Так что, берите.
— Спасибо, Полина Кузьминична, Пётр Фадеевич.
Ящики с банками забрали. Петру я отдал цинк с патронами.
— Полина Кузьминична, я вот спрашивал у Петра, может вам лекарств каких? Вы скажите, если у нас есть дадим вам немного?
— Не надо. Бинты у нас есть. Зелёнка есть, йод есть. Если только парацетамол если есть, дайте, а больше нам ничего не надо.
Парацетамол дали. Ольга сама сходила в медвагон и принесла. К нам прибежала Люся. Хоть с виду она всё ещё была в одной майке, до колен, но под майкой у неё были шорты. А на ногах лёгкие кеды на резинке. Она посмотрела на мужчину и женщину, посмотрела на банки. Потрогала стекло тары и посмотрела на меня вопросительно.
— Это очень вкусно, Люся. Я уверен, тебе понравится. — Усмехнулся ей. Она опять потрогала их и побежала к вокзалу. — Люся! — Крикнул ей вслед. — Мы скоро уходим, не убегай далеко. — Но девчонка уже исчезла из поля зрения.
И Пётр, и Полина с интересом смотрели вслед Люсе.
— Интересная девочка. — Сказала Полина.
— Да, Полина Кузьминична, очень интересная. Она не совсем такая, как мы. Мутация, которую вызвал вирус. Может двигаться очень быстро, даже стремительно. Убивает мгновенно. И не смотрите, что она невысокого роста и худощавая. Она очень сильная. Может взрослому человеку голову оторвать.
— Господи, спаси и помилуй. — Перекрестилась Полина.
— Скажите, Пётр Фадеевич, Полина Кузьминична, а разве вы не видели мутантов? Мы их дикими зовём.
— Не видели. А что таких, как ваша Люся много?
— Таких, как Люся нет. Она особенная. Но есть другие мутанты. Они как звери. Вроде человек, но лицо, да и тело подверглось сильно изменениям. У Люси гораздо меньше в этом плане. И если Люся наша человечиной не питается, то другие очень даже. Они так же двигаются очень быстро. И очень сильные. Они грязные в остатках одежды. Если таких увидите, постарайтесь сделать так, чтобы вас не заметили. С ними не пытайтесь даже говорить. Они не понимают уже человеческой речи. Против них хорошо работает гладкоствол. Дробь для них не страшна, а вот картечь для них убойная вещь. Что бы убить такого, надо либо в голову попасть, либо в сердце. Всё поняли?
— Поняли, Марк. — Ответил Пётр. — Спасибо, что предупредил. Но мы здесь таких не видели. Мёртвых много было. Все умерли. Кого мы хоронили, а кто так в домах и лежат. От собак еле отбились. Были у нас такие. Особенно по весне и летом совсем тяжко было. Чуть было не загрызли пару раз. А потом как-то их меньше стало. Сейчас вот уже неделю вообще собак не видно. Не знаю куда делись.