— Так впусти её. Пусть посмотрит на своего поломанного примитива. Может, наконец, успокоится и найдёт себе новую игрушку.
Следом донёсся шум открывающейся перегородки и продолжающая диалог парочка, вышла из отсека. Я же попытался повернуть голову и осмотреться, но она стала буквально чугунной. Попробовал шевельнуть рукой, но и это не вышло. В итоге я добился только боли, окутавшей всё тело. Основной удар пришёлся по кровеносным сосудам. Казалось, что по ним начала течь не кровь, а расплавленный свинец. Захотелось узнать, что со мной произошло, но интерфейс импланта не отвечал на запросы.
А буквально через несколько минут, когда боль немного отступила, в отсек вошла она. Сквозь мутную преграду стенки медицинской капсулы я не рассмотрел ничего кроме копны волос. Однако присутствие Ветки сразу придало сил.
— Скажите, как идёт процесс восстановления? — спросила девушка у техника, явно продолжая начавшийся до этого разговор.
— Пока ничем порадовать не могу. Количество болезнетворных нанитов, попавших в организм пациента, просто зашкаливает. Если честно, то наши учёные не понимают, почему он до сих пор жив. Концентрация превышает все разумные нормы в сотни раз.
— Почему он до сих пор дышит?
— Только по одной причине — 99,99% всех болезнетворных нанитов нейтрализованы, и прямо сейчас находятся в состоянии своеобразного стазиса. Однако, как только мы начинаем выводить часть из них вместе с кровью, то они сразу оживают.
— А если вывести наниты с помощью гемодиализа?
— Я пробовал очищать кровь поэтапно. Результат близок к нулю. Выяснилось, что большая часть вторженцев начинает концентрироваться в костной ткани человека. Всё, что удалось добиться во время эксперимента — это кратковременная остановка сердца.
— Значит, надо искать иные пути, — проговорила Ветка.
— Сегодня утром, произошло то, что может вызвать положительную динамику. Биосканер медицинской капсулы зафиксировал частичное возрождение колонии полезных нанитов, находившихся в теле пациента до заражения. Они стали снова откликаться на контрольные сигналы и как мне кажется, начали процесс перепрограммирования своих болезнетворных коллег. Поэтому концентрация нанитов в костной ткани совсем не случайна. Колония использует их как строительный материал и не только принялась латать ими повреждения скелета. Мне кажется, они заменяют костную ткань на более прочный и гибкий композитный материал.
— Получается, что прямо сейчас у него внутри начался процесс апгрейда? — удивлённо произнесла Ветка.
— Да. Но по моему мнению, это происходит очень несвоевременно. Колония полезных нанитов пошла неправильным путём. Вместо того чтобы восстанавливать организм целиком, происходит узконаправленный процесс строительства. А между тем сканер каждый день фиксирует постепенное ухудшение состояния пациента.