На следующее утро, как только на двор купчихи въехали сани с поваренной солью, мы с дядей устроились в бане и принялись поочерёдно готовить новый краситель. К обустройству своего рабочего места мы с Петром Исааковичем подошли основательно, а потому попросили, чтобы в баню притащили пару тюфяков — моему артефакту без разницы сидишь ты с ним или лежишь. Я так и вовсе собирался выспаться, пока из подсоленной воды будет вырабатываться мовеин.
Сама Екатерина Матвеевна отправилась выкупать вожделенный шёлк и скупать по всей Москве корень красильной марены.
Если получить красивый шармез было инициативой Минаевой, то оставить московский рынок без марены была лично моя идея.
Во-первых, нужна была хоть какая-то легенда для появления нового красителя. Поэтому мы с дядей запланировали небольшую часть корней растений накрошить, выварить вместе сеном и овсом, а затем подкрасить получившуюся бурду пурпурной краской и вывалить за баней на снег, чтобы все любопытные копались в отходах и пытались понять, откуда у купчихи новый краситель.
Ну и, во-вторых, дефицит марены и новый цвет в палитре тканей поднимет её стоимость и позволит Минаевой в дальнейшем перепродать корень по цене вдвое, а то и втрое дороже закупочной.
Причём здесь купчиха, если деньги и идея мои? Так дворянский этикет, мать его, и не позволяет дворянину заниматься спекуляциями. Никто не осудит дворянина, если он продаёт товар собственного производства, а вот заниматься перепродажей благородному сословию хоть прямо не запрещено, но среди окружения уже считается моветоном. В глаза, может ничего не скажут, но за спиной шушукаться будут. А оно мне надо?
— Это и есть предлагаемый тобой способ обогащения? — кивнул на готовый к отправке мешок с красителем, валяющийся на тюфяке Пётр Исаакович. — Век бы так наживался. Лежишь себе, а краска сама сыпется, только и успевай ведра с водой менять.
— А жрать, и извини за выражение, срать, ты тоже около мешка с краской будешь? — хмыкнул я, поправив под головой подушку. — Твоя забота не краску добывать, а найти людей, которые готовы этим делом заниматься. Ты же прекрасно знаешь, как у меня дело с химией в Велье поставлено. Вот и тебе нужно этого добиться, чтобы не сидеть сиднем целыми днями у воды, как рыбак в уловистый день. Я ведь не зря землю у Яузы купил, а чтобы завести на участок трубу, и над ней поставить небольшой цех, в котором наёмные работники в тепле и сухости выцеживали бы из воды нужные ингредиенты.
— Я так понимаю, что крупный цех для этого дела и не нужен, — заметил дядя. — А что с остальной землёй делать намереваешься? Всё-таки двадцать десятин, да ещё и в черте Москвы — это не шутка.