Выше по склону стояла на четвереньках Авиенда, она чуть не упала, когда подняла руку, вытирая текущую по лицу кровь, но, когда встретилась взглядом с Илэйн, замерла в неподвижности. Илэйн подумала: неужели и у нее такой же вид? Вряд ли хуже, чем у Авиенды. Добрая половина юбки оборвана, лиф платья в клочья, в прорехах видно окровавленное тело.
Илэйн поползла к Авиенде. Ей казалось, так проще, чем вставать и идти. Приблизившись к айилке, она услышала облегченный вздох.
— С тобой ничего не случилось, — произнесла Авиенда, касаясь окровавленными пальцами щеки Илэйн. — Я так испугалась. Очень испугалась.
Илэйн изумленно заморгала. Сама она выглядела ничуть не лучше Авиенды. Хотя юбки и уцелели, половина лифа исчезла напрочь, а из двух десятков порезов текла кровь. Потом до Илэйн дошло, что имела в виду Авиенда. Ее не выжгло. При этой мысли девушку охватила дрожь.
— С нами обеими ничего не случилось, — тихо сказала она.
В нескольких шагах от себя Илэйн заметила Бергитте. Та вытерла нож о гриву мерина Авиенды и выпрямилась над неподвижным телом. Правая ее рука висела плетью, куртка вместе с одним сапогом пропала невесть куда, остальная одежда была порвана; вся она была перемазана кровью не меньше, чем подруги. Судя по всему, у нее самой серьезной была рана от торчавшего в бедре арбалетного болта, но, несомненно, в остальном ей тоже крепко досталось.
— У него хребет был сломан, — сказала Бергитте, махнув рукой на коня у ног. — С моим-то вроде как все хорошо, но в последний раз, когда я его видела, он несся так, словно хотел выиграть Венок Мегайрил. Всегда считала, что у него задатки рысака. Львица… — Она пожала плечами, поморщилась. — Илэйн, Львица была уже мертва, когда я ее нашла. Ты уж извини.
— Мы живы, — твердо сказала Илэйн, — и это самое главное. — Львицу она оплачет потом. Дым над вершиной холма густым не был, но поднимался он, похоже, над большим участком местности. — Хочу посмотреть, что такое я там наделала.
Цепляясь друг за друга, они втроем поднялись на ноги и заковыляли вверх по склону, тяжело дыша и постанывая; хуже всех приходилось Авиенде. Вид у них был такой, словно они извалялись на бойне, а потом едва вырвались из лап смерти, — как подозревала Илэйн, смерть они обманули в самый последний момент. Авиенда по-прежнему сжимала в кулаке ангриал, но даже будь она или Илэйн наделена способностями к Исцелению, ни одна не смогла бы обнять Источник, не говоря уж о том, чтобы направлять. На вершине холма они выпрямились, опираясь друг на дружку. Их взорам предстала жуткая картина.