— Вот з-здесь, — сказала Кедора, кивнув на красную дверь.
Дверь в ту самую комнату, где совсем недавно с Илэйн и Найнив так нелюбезно обошлись. Илэйн распахнула ее и вошла.
Реанне сидела перед очагом, украшенным резными изображениями тринадцати грехов, и вместе с ней еще двенадцать женщин, которых Илэйн прежде не видела. Они занимали все кресла, стоящие вдоль бледно-зеленых стен, истекая потом за плотно закрытыми окнами и задернутыми занавесками. Большинство было в платьях, типичных для жительниц Эбу Дар, хотя только у одной оказалась оливково-смуглая кожа; у многих время оставило свои следы и на лице, и в волосах. И все до единой могли направлять — в той или иной степени. У семерых были красные пояса. Илэйн вздохнула. Найнив оказалась права и, несомненно, будет напоминать об этом, пока Илэйн не взвоет.
Реанне вскочила с тем же яростным возмущением, которое вначале возникло на физиономии Кедоры. И даже ее первые слова были почти теми же самыми:
— Ты! Как ты посмела показаться на глаза?..
И возмущение, и слова тут же иссякли — по той же самой причине, что и у Кедоры, — когда вслед за Илэйн вошли Мерилилль и остальные. Светловолосая женщина с красным поясом и глубоким вырезом на платье слабо пискнула, глаза у нее закатились, и она, точно мягкая тряпичная кукла, соскользнула с красного кресла на пол. Никто не сдвинулся с места, чтобы помочь ей. Никто даже не взглянул на Бергитте, когда та прошла вместе с Кедорой в угол комнаты. Никто, казалось, даже не дышал. У Илэйн возникло огромное желание припугнуть их, крикнув: «Бу-у-у!», или даже свистнуть, просто чтобы посмотреть, что произойдет.
Реанне побледнела и покачнулась, но тут же попыталась взять себя в руки, правда почти безуспешно. Ей понадобилось ровно мгновение, чтобы обежать взглядом спокойные лица пяти Айз Седай, выстроившихся в ряд перед дверью, и понять, кто из них главная. Она неверной походкой приблизилась по выложенному плитками полу к Мерилилль, опустилась на колени и склонила голову.
— Простите нас, Айз Седай. — В голосе Реанне слышалось обожание, он дрожал, как и она сама. Она почти лепетала. — Мы — всего лишь близкие подруги. Мы не делаем ничего, абсолютно ничего такого, что может бросить тень на Айз Седай. Клянусь, что бы вам ни наговорила эта девчонка. Мы хотели рассказать вам о ней, но побоялись. Мы лишь иногда встречаемся, чтобы поболтать. У нее есть подруга, Айз Седай. Вы и ее поймали? Я могу описать ее вам, Айз Седай. Все, что пожелаете, мы все сделаем. Клянусь, мы…
Мерилилль громко откашлялась.
— Тебя зовут Реанне Корли, не так ли? — (Реанне вздрогнула и прошептала: «Да, это так», все еще глядя на ноги Серой сестры.) — Боюсь, тебе надо обращаться к Илэйн Седай, Реанне.