На второй день пути, когда солнце уже стояло высоко, Верин вдруг выпрямилась в седле и огляделась. Рядом с ней вздрогнул Ингтар.
Ничего необычного в лесе, что теперь окружал отряд, Ранд не замечал. Не очень густой подлесок, и было легко двигаться под сенью дубов и гикори, ниссы и буков; зеленый полог тут и там пронзали высокие сосны или мирты или рассекала белая прореха берестянки. Но когда Ранд последовал за Верин и Ингтаром, он внезапно ощутил, как по телу пробежала прохлада, словно он зимой сиганул в пруд Мокрого леса. Его обдало ознобом, и холод исчез, оставив чувство свежести. И еще — смутное и отдаленное ощущение потери, хотя какой именно — он сообразить не мог.
Каждый всадник, достигая этой точки, вздрагивал или издавал какое-то восклицание. Хурин разинул рот, а Уно прошептал: «Проклятье, что за треклятое…» Потом он помотал головой, явно не зная, что сказать. В желтых глазах Перрина появилось выражение, словно он узнал что-то знакомое.
Лойал сделал глубокий медленный вдох и выпустил воздух из легких:
— Такое ощущение… как хорошо… вновь оказаться в стеддинге.
Сдвинув брови, Ранд поглядел вокруг. Он-то считал, что стеддинг окажется чем-то особенным, но, не считая того холодка, лес был таким же, как и тот, через который они скакали весь день. Да, было, конечно, неожиданное ощущение умиротворения.
А потом из-за дуба шагнула огир.
Она была ниже Лойала — это значило, что она на голову и плечи выше Ранда, — но с таким же широким носом и большими глазами, с таким же крупным ртом и ушами с кисточками. Брови ее были, правда, не столь длинны, как у Лойала, и по сравнению с ним черты ее лица отличались изяществом, а кисточки на ушах были нежнее. Одета она была в длинное зеленое платье и зеленый плащ, вышитый цветками, в руках девушка-огир держала букет цветущих веточек галезии, словно она их собирала. Она спокойно смотрела на пришельцев и ждала.
Лойал слез со своей высокой лошади и торопливо поклонился. То же сделали и Ранд с товарищами, пусть не столь быстро, как Лойал; даже Верин склонила голову. Лойал церемонно представил всех, но название своего стеддинга он не упомянул.
Несколько мгновений девушка-огир — Ранд был уверен, что она не старше Лойала, — смотрела на них с интересом, потом улыбнулась:
— Добро пожаловать в стеддинг Тсофу. — Голос был более мягкой вариацией голоса Лойала; более мягкое гудение шмеля поменьше. — Я — Эрит, дочь Ивы, дочери Алар. Добро пожаловать. С тех пор как каменщики покинули Кайриэн, у нас бывало мало гостей из людского рода, а теперь так много сразу. Ах да, конечно, у нас были люди из Странствующего народа, но они ушли, когда… Ох, я слишком много болтаю. Я отведу вас к старейшинам. Только… — Она поискала взглядом старшего в отряде и в конце концов остановила взор на Верин. — Айз Седай, с вами так много людей, и вдобавок вооруженных. Вы не против оставить некоторых из них снаружи? Простите меня, но всегда как-то тревожно, когда в стеддинге сразу очень много вооруженных людей.