Я слушал и мотал на ус. Интересно, а о втором тоннеле, в который я угодил по случайности, Антипов знал?
Ни Веронике, ни кому-либо другому я не собирался рассказывать о том, как блуждал под землей, как дрался с чертовым гигантским пауком и как нашел закрытую, секретную дверь. Пусть это пока останется моей тайной, а там посмотрим. Для них я всего лишь просидел в глубокой яме чуть больше суток, залечивая раны и пытаясь выбраться на поверхность.
— Значит, Топорину тоже несдобровать?
— Естественно. Эта мразь скоро примерит робу заключенного на свою шкуру.
Я хмыкнул.
— Сурово. Вы же понимаете, что он не протянет там и дня. Слишком много желающих содрать с него кожу.
— А тебе его жалко? — поинтересовался Митин, оскалив зубы.
— Ни капельки. Я бы лично поучаствовал в его экзекуции, — ответил начальнику отдела разведки, при этом даже не покривив душой.
С удовольствием приложил бы руку к смерти ублюдка.
— Давно ты стал таким жестким?
— С тех пор как понял простую истину: убей или будешь убит сам.
— Ого, — хлопнул меня по плечу Кирилл и усмехнулся, — Заматерел, а понадобилось-то всего лишь около месяца посидеть в Изморози.
— Не смешно, — проворчал недовольно, — А остальные тюремщики? Там одна сволота работает. Просто начальника убрать мало.
— Зачистку проведем полностью, не переживай. Всех поганой метлой выметем, а кого-то и заметем, но вот что с Лебедевым делать, пока не знаю, — почесал затылок Денис Андреевич.
— Брать его надо и на допрос, — Протянул Митин.
Я согласно кивнул.
— Погодите, — впервые за долгое время подала голос Вероника, — Не стоит спешить. Я никак не могу понять, он сразу был на стороне противника, или же переметнулся в самом конце? Если в конце, то что стало причиной подобного поведения? Надо бы последить. Интуиция просто вопит, что не все там так просто.
Антипов вздохнул.
— У нас каждый человек на счету, тем более сейчас.
— Так, а мы со Стасом на что?
Антипов с Митиным посмотрели на ведьму как на умалишенную.
— Сдурела? Его вообще надо на конспиративную квартиру отправить, и чтобы сидел как мышь, не высовываясь, пока все не закончится.
— Ой, да ладно вам… Сейчас такое начнется, что до Стаса никому не будет дела. Главное не афишировать его воскрешение и в открытую не рассекать по улицам.
— На конспиративную не поеду, мне и так хорошо, — вставил я свои пять копеек, — Оо-о, кстати, раз уж пошел такой разговор, у меня к вам дело. Нужно помочь одному человеку. Не задаром, конечно…
Пока я рассказывал о своих планах на Морозову, Кирилл с Денисом Андреевичем только качали головами.