— Почему ты тогда сказал, что в туалет ходил, а не на крышу с рацией? — обратился я к истекающему кровью Ювелиру.
— А ты… Кхе… Ты бы мне поверил? Тьфу… Ты бы сделал то же самое, кхе, что и сейчас…
— Я и сейчас тебе не верю, — сказал я и добил его, бросив пластину в голову.
— Да что с тобой⁈ — крикнула Алиса.
— Со мной? Что с тобой? Ты спала с Васей или нет⁈
— Вот ты дурак… Значит, так обо мне думаешь?
— Ну, ты была весьма убедительна! Слёзы, сопли, истерика. Какого хрена⁈ Почему мне все врут⁈
— Да потому что меня Кобольд заставил это сказать! Он знал, что ты самый сильный в нашей группе и в то же время главный. Сломать тебя — значит сломать нас всех. А потом можно делать что угодно.
— И ты ему решила помочь? Ответь честно, ты спала с ним? — я указал рукой на Васю.
Тот стоял, опёршись о стену, и наблюдал за нашей драмой. Спекула в это время снимала с него маячок.
— Нет, Кодекс, не спала. Нас вообще в разных камерах держали.
— Тогда почему ты не подмигнула мне хотя бы? Дала бы понять, что это фальшак!
— А как ты сам не понял? Ты меня знаешь. Ты хоть раз видел у меня слёзы? Да я с детства сильнее всех мужиков. Я такое пережила, что домашним мальчикам и не снилось. Думаешь, я буду реветь из-за какой-то измены? Да к тому же я знаю тебя. Я знала, что это тебя не сломит, а наоборот — сделает сильнее. Тебя ведь разозлила эта новость?
— Ну, вообще-то да. И даже тварей как-то легче было убивать…
— Вот и делай выводы… И Ювелир тебя не предавал, иначе почему он с остальными пленными? — сказала Алиса и отошла от меня.
— Всё равно я ему не верю… — пробурчал я.
Вот теперь я реально в замешательстве. Если она меня не предавала, выходит, я зря наехал на неё и на Васю. Ну, Вася поймёт, а вот с ней, похоже, всё кончено. Ну да и хрен с ней.
— Ну чё, братан, минус деваха? — похлопал меня Вася по плечу.
— Я тебе сейчас добавлю! А вообще, извини, что ударил…
— Да ничё, я даже не почувствовал. Алиска и то сильнее бьёт. Ладно, соберись, ты нам нужен. А когда выберемся отсюда, найдём тебе деваху. Эта, кстати, что шишки убирает, ничего такая. Грязноватая, правда, и потом воняет, но это поправимо.
— Да это от тебя несёт! — отпихнул я Васю от себя.
Мой батя в это время открывал последнюю камеру. После чего замер, глядя внутрь. Я подошёл и увидел деда Макса, лежавшего на полу.
— Эх, жаль, интересный был мужичок… — пробормотал мой батя.
— Да не то слово, — согласился я.
— Вот и помер дед Максим… — пробасил Вася, став позади нас.
— Это, есть чё покурить? — пробурчал дед, не раскрывая глаз.
— Ах ты сволочь, какого чёрта ты на полу⁈ — воскликнул я. — Мы думали ты сдох.