Я за столько лет впервые поняла, что все может работать и без моего строгого контроля. И не разваливаться!
Это как вообще?
Я засмотрелась в темную зелень его глаз.
– Рыжик?
– Мне кажется, что я в тебя влюбилась.
– Аллилуйя, блядь!
Он вдруг хмыкнул.
Потом улыбнулся коротко. Опустил вниз голову, хмыкнул еще раз. Помотал ею.
И вскинул снова.
В глазах горели искры.
– Серьезно, любишь? Дозрела?
– Угу. Люблю.
– Я тебя тоже люблю. Иди ко мне, Рыжая, – он легко поднялся, протянул мне ладонь, и я вложила в нее свои пальцы. – Потанцуй со мной, любимая супруга. Я так ждал, пока все уедут.
– Я тоже, – я положила голову на крепкое плечо.
Тихая-тихая музыка доносилась из гостиной дома через раскрытые на террасе двери.
А мы танцевали под стук наших сердец. Общий. Одинаковый. Один на двоих. Передавали эту мелодию малышу, что активно рос в моем животе.
Я знала, что Дмитровский не предаст.
Не продаст.
Сохранит все, что мы с таким трудом создали. Мы наши отношения взрастили сквозь миллионы трудностей и непонимания. Нельзя это терять.
Невозможно от этого отказаться.
Ужасающая своей дикостью сделка вылилась в такое огромное счастье. А мы оба бизнесмены. Мы осознаем риски и ответственность.
Наша семья – наша награда.
Наша ценность.