И каким бы закоренелым скептиком я ни был, а с сухими фактами не поспоришь. Допустим, архаичное окружение я бы еще мог как-нибудь объяснить. Но вот чужие воспоминания, то и дело всплывающие в моей голове, разумному толкованию не поддавались. Добавить к этому девушку, в которой я признал сестру, коей у Александра Горюнова никогда не было. Незнакомое тело красавчика, чьими желтыми глазами я отныне смотрю на мир. И непривычный язык, который я не только совершенно спокойно воспринимаю на слух, но и говорю будто на родном. Что в итоге получается? Да какая-то мистика!
— Риз, ты в порядке? — тронула меня за руку Веда. — Ты какой-то слишком странный сегодня.
— Я… да, все хорошо. Спасибо тебе за заботу, — выдавил я.
Кажется, моя реплика барышню удивила. Но при служанках она говорить ничего не стала.
Еще несколько минут у девиц ушло на то, чтобы меня облачить, да причесать. И только после этого сестрица… боже, до чего же непривычно произносить это слово! В общем, сестрица подхватила меня под руку и повела на второй этаж отнюдь не маленького семейного поместья.
— Только прошу, братец, не дерзи отцу, — инструктировала меня Веда. — Он и так злится на тебя за вчерашний кутёж. Пусть ты и отмечал свою девятнадцатую зиму, но надираться как элдримский матрос не следовало. Многоокий создатель не даст соврать, когда я увидела, как тебя заносят в дом, подумала, что это тащат мертвеца…
Начисто пропуская мимо ушей щебетание сопровождающей, я ковылял как сомнамбула, ошалело озираясь. И едва не споткнулся, увидав напротив монументальной дубовой лестницы какое-то подобие алтаря. Сам по себе он ничем не был примечателен. Но вот одна из фигурок, вырезанная из полированного камня с особым тщанием и искусностью, приковала моё внимание. Игнорируя возгласы юной барышни, я высвободился из её нежных рук, сцапал статуэтку и прикипел к ней жадным взглядом. Как странно… ведь Ризанта наверняка неоднократно ходил мимо этого мини-святилища. Почему же сейчас его память не спешит мне ничего подсказывать?
— Веда, ты можешь сказать, кто здесь изображен? — повернулся я к сестре, демонстрируя ей каменную фигурку.
— Ты чего, Риз? Совсем плох стал? — воззрилась на меня собеседница, как на умалишенного. — Это же Ваэрис — смеющийся бог. Покровитель торговли, хитрости и плутовства.
От услышанного мои ноги подкосились, и я бахнулся на задницу, где стоял. Моя спутница кинулась поднимать меня с пола, что-то испуганно причитая. Однако мне не удалось разобрать ни слова, поскольку биение собственного сердца оглушило меня. Никакой ошибки быть не может. Я узнал лицо на этой статуэтке. Ваэрис. Ваар Эрис. Неведомый ремесленник поразительно точно воспроизвел в своей скульптуре черты того странного типа, предложившего мне работу. Это что же получается? Я пил водку с самим богом обмана и защитником всех мошенников⁈