— Инга пострадала? — я неприятно поразился. — Ты с ней знакома?
— Не тупи, мальчик — конечно знакома! Она очень приличная и целеустремленная девушка, а из-за вчерашних беспорядков сейчас лежит в токсикологии на Сокольниках.
«В больнице имени братьев Бахрушиных, что ли? Там есть токсикология, но в моём мире, а здесь разве тоже?» — я переваривал информацию — мне было жаль Ингу.
— И в каком она состоянии? — спросил я через полминуты. — Почему в токсикологии?
— Средней тяжести, отравилась угарным газом, — вздохнула Стелла, которая как раз притормозила на светофоре и через несколько секунд свернула в сторону аптеки.
Улица мне была знакома — именно сюда я и спешил утром.
— Мы за неё болели — она победила в отборе, сидели с ней в одной ложе, но она ушла раньше, а потом и нам пришлось выбираться из того хаоса.
— Потом расскажешь, в квартире, — нервно ответила Стелла и притормозила возле двухэтажного здания «Магцентраптека № 8» — неоновая вывеска сейчас не горела.
«А она волнуется, хоть и пытается это скрыть за маской грубости».
Посмотрев на меня, мажорка уверенным движением отстегнула ремень:
— Уверена, что вы ещё и бухали — да?
— Скорее, культурно выпивали, — не стал я отрицать.
— Здесь сиди — я куплю всё, что надо, и поедем! — вздохнула Стелла.
— Как скажешь, — пожал я плечами, не без содрогания вспоминая вчерашние события.
Ждать пришлось не очень долго — медноволосая управилась менее, чем за десять минут и вышла из аптеки с объёмным свертком под рукой. К моему удивлению, следом за ней вышёл пожилой мужчина в одежде провизора и начал что-то говорить, легонько кланяясь при этом — Стелла отмахнулась, не соизволив обернуться.
«Видимо, дочке президента легче получить нужные препараты, а особенно вот этой дочке. Я бы не рискнул встать у неё на пути, когда она в таком настроении. Хотя бывает ли она в другом?» — этого я не знал.
Открыв дверь, Стелла несколько неуклюже села на своё место и сразу же положила сверток мне на колени — он оказался увесистый.
— Этот шалман надо закрыть и снести! — процедила она со злостью, заводя машину.
— Ты же всё вроде купила — что опять не так? — хмыкнул я.
— Они не хотели отпускать эндемиоцитин и стабилизатор для капельницы, пока я не показала паспорт. Хватило и водительских прав, но я потеряла минимум три минуты, а я этого очень не люблю, — с глухим гневом начала пояснять мажорка, разворачиваясь посреди дороги — прям напротив аптеки.
«Что она творит?» — обалдел я.
Одна из машин чуть не врезалась нам в бок, успев затормозить в последний момент — водитель сигналил и высунулся из окна, потрясая кулаком.