Уродливое создание появилось на потолке между нашей колонной и выходом из зала. Его длиннющий язык, повинуясь приказу метнулся в сторону, обвивая мою руку.
— Держись! — завопил я вцепившемуся в меня гоблину и тут по колонне ударили. Она затряслась, начиная рассыпаться, и я, не удержавшись, сорвался вниз. Миг, и язык языкана, чуть не вывернув мне руку из сустава натянулся, и мы по широкой дуге полетели вперед. Еще миг и мы влетели в обжигающее пламя, туда же влетел Зигзаг, который уперевшись мне в спину головой, усиленно толкал нас вперед. Еще миг и мы вылетели из огня, взвились вверх и тут моя рука соскользнула с гладкого языка нашего призванного помощника.
Приземление на лестницу получилось жестким, мы потеряли приличное количество хп, которого после пролета через огонь осталось не так и много, но это ладно, без огня мы бы досюда вообще не долетели, застряв в рядах вооруженных скелетов. Теперь же мы оказались за их спинами и, придерживая отбитые ягодицы руками, понеслись к выходу. Возможно, мы зря торопились, все произошло настолько быстро, что заторможенные скелетоны только начали поворачиваться в нашу сторону, когда мы оказались на верхней площадке лестницы, однако эту шальную мысль не дал додумать давешний мутант: разметав вставших на его пути скелетов, он обрушил на нас сокрушительный удар костяного кулачища. Я едва успел подставить под него древко глефы. Помогло это мало, сила удара была такой, что нас с гоблином, древком и самой глефой, внесло в дверной проем, будто шар в лузу.
Там, куда нас отнесло, было абсолютно темно: даже свет, исходящий из дверного проема и от моего фонарика не освещал ничего, будто съедаемый окружающим пространством, даже пол высветился лишь тогда, когда я придвинул светляка к нему вплотную. Видно было, лишь багровеющее острие глефы, при каждом движении оставляющее в воздухе сноп медленно гаснущих искр, да зло прищуренные янтарные глаза Грыма, внимательно всматривающиеся в окружающую нас темень. А скоро она стала абсолютной, свет из двери и фонарика погас полностью.
— Внимание, — от хриплого шепота гоблина, я даже слегка вздрогнул, — враг на шесть часов.
Враг? Какой враг? Как в этой тьме можно хоть что-то увидеть? И где тут шесть часов? Моих шесть или его? Куда бить? Сердце заколотилось так, что аж в висках застучало, но мозгу это не помогло, ни на один из невысказанных вопросов ответа я не получил.
— Давай! — Заорал гоблин.
— Кегли! — В ответ заорал я.
Не зная где враг, я решил использовать круговой удар и неожиданно это сработало.
Лезвие глефы вспороло темноту засыпая ее искрами, а в одном месте оно наткнулось на явно что-то более плотное, чем воздух, распарывая это и воспламеняя. Черная тень непонятных очертаний метнулась ко мне, нанося удар призрачным мечом, но тот был перехвачен киркой и отведен в сторону. Я воспользовался этим, чтобы еще раз полоснуть фигуру по диагонали: еще один занявшийся огнем разрез. Во все разгорающемся пламени стало видно, что тень явно человеческая, хоть и не имеет таких незначительных деталей типа лица или пальцев на руках. Да и тенью это являлось не полностью, ибо его клинок, в следующий миг проскрежетавший по защитным пластинам наплечников, был довольно материальным.