— Придется Берсерка включать, может хоть кого-то смогу к воротам протащить.
— Какой на хрен Берсерк у мага?
— Долгая история… там Королева Наг замешана, и ее рогоносный супруг…
— Венценосный, ты хотел сказать?
— Нет. Рогоносный, — Пофиг поморщился, видя мой заинтересованный взгляд, — я ж говорю, долгая история, но в общем: Берсерк у меня есть — используя его, я постепенно начинаю умирать, зато в течении часа увеличивается количество маны и вдвое повышается сила заклинаний.
— И, ты, молчал? У нас лечилка постоянно работает, не помрешь.
— Не, в это время лечение на меня не действует, а в конце действия умения, одно хэпэ у меня навсегда исчезает. Вроде немного, но если на это дело подсесть, через пару месяцев всегда будешь с одной хэпэшкой ходить…
На этом неспешный экскурс в прошлое моих чокнутых сокланов закончился, потому что, повинуясь неслышимому сигналу, звери бросились на нас. Пофиг завопил и окутался красный дымкой, кожа его покрылась кровью, будто она сочилась из всех пор, моментально испаряясь и превращаясь в пар, а затем все залил огонь. Огненные стены вставали одна за другой, окружая нас полукольцом, а затем началась настоящая свалка: первыми в полукруг ввалились призрак медведя и орка; несмотря на то, что при жизни медведь был раз в десять массивней орка, сейчас они сражались на равных — хоть орк и был закован в тяжелую броню, но на скорости это никак не отразилось. Сокрушительно убийственные удары лап медведя проходили мимо или отклонялись в сторону щитом или топором, который в свою очередь наносил многочисленные порезы призрачной плоти медведя. Второй сквозь стену огня пробилась дохлая пантера: пролетев сквозь стену огня, пылающая тварь приземлилась на грудь Добрыне — от удара того отшвырнуло на пол, щит отлетел в сторону, а зверь начал полосовать доспехи на груди кузнеца серповидными когтями. В голову ей тут же прилетел удар молота, но та лишь мотнула головой и продолжила наносить молниеносные удары лапами. Мелькнула тень и на горящую спину кошака приземлилась фигура эльфа. Замелькали кинжалы, и во все стороны полетели клочки тлеющей шерсти. На его спину, в свою очередь, вскочил вылетевший из огня волк, вцепившись страшными челюстями Олдригу в шею. В голову волку воткнулась стрела и пирамида тел развалилась барахтающейся кучей. Я было рванулся в ту сторону, но окружавший нас полукруг огня потемнел в семи местах и через миг из него выскочило семь тварей: первый — дикобраз мутант, не говоря плохого слова тут же взорвался сотней игл — боль пронзила мне грудь и ногу, на сколько я увидел, из наших никто не остался обделённым, получив в подарок по паре игл, поэтому Кулак Ветра первым достался ему, унося его обгоревшее тело обратно в теплые объятия огненной стены. Впрочем, скоро всем стало не до него, бой превратился в сплошное месиво: на меня налетела сразу тройка здоровенных волков — одного на себя взял гоблин, удачно всадив ему кирку в ухо, а вот гобот, явно не справлялся со своим, разница в пятьдесят уровней сказывалась, его хэпэ быстро начали таять. От броска своего, я сумел увернуться, в ответ рубанув его по спине, но не рассчитал его скорость и попал только по хвосту, отрубив его напрочь. Волчара разозлился и вознамерился в ответ откусить мой хвостик, отскочить я не успевал, пришлось развернуться и подставить под укус бедро. Волчара согласился и на бедрышко, вцепившись в него так, что у меня в глазах потемнело от боли. В ближнем бою двуручник оказался не удобен, пришлось схватиться второй рукой за лезвие и использовать его как копьё. Мумия волка наплевала на мои усилия, мотая меня как тузик грелку. Тут бы мне и конец, но, для начала, обдав нас ворохом перьев, сверху свалился отчаянно жужжащий и злобно ругающийся ком, состоящий из гигантской шипованной мухи и пятерки взбудораженных дятлов. Они сыграли роль шара для боулинга, разметав нас словно кегли в разные стороны.