Москва встречала мелким дождем, и достаточно прохладной погодой. В аэропорту встречали самые близкие: Анастасия, Ольга, Елизавета и конечно Степан с Екатериной. Настя при виде его даже всплакнула, не могла сдержать эмоций. Их обнимашки (надо же было успокоить даму), прервал ехидный голос Ольги, — Похоже кто-то этой ночью не выспится.
Дома был накрыт праздничный стол, главным блюдом назначили черного глухаря, купленного накануне в Березке. На вкус обалденно, в сто раз лучше чем в ресторане Нью-Йорка, где он с Когтями кутил целый вечер. Тогда они знатно оторвались, был даже кардабалет, с знаменитым канканом.
— А теперь время подарков! — торжественно объявил Максим, открывая свой чемодан.
Таможенники бы очень удивились, если бы заглянули в него, статья за контрабанду была обеспечена. На той стороне всё решили Когти, а на этой он предъявил спецпропуск госбезопасности, так что обошлось без досмотра.
Анастасии под восторженные ахи надел на безымянный палец кольцо, с большим сердцевидным бриллиантом. Ольге достались два золотых бокала, работы самого Бенвенуто Челлини. Муромская с удовольствием примерила старинные серьги, с чистейшими изумрудами. Степан и Катерина стали обладателями музыкальной шкатулки, с вензелем Марии Антуанетты, королевы Франции.
Вечером, когда все гости потянулись к выходу, он с удивлением узнал что Ольга тоже покидает квартиру, потому что перебралась на дачу. Настя заверила что волноваться не стоит, там Митрич и Акулина Савельевна, да и девчонки между собой разделили дежурство, присмотрят за мелкой.
— После того ужаса, Ольгу решили одну не оставлять, хотя бы несколько первых месяцев. Тогда её спасло только чудо, подруги не растерялись и сразу начали проводить реанимационные действия. И ещё, я заметила что в последние дни она изменилась, стала намного жёстче и в тоже время ранимее. Только поэтому я не противилась её переезду на дачу, пусть пару недель поживет одна, немного успокоится, а там уговорим вернутся обратно, — прижимаясь к любимому объяснила Настя.
На следующий день он до самого вечера проторчал в Партконтроле, составлял отчет о поездке и лично отчитался перед Пельше. Не забыл перечислить всех служащих наших посольств, которые на Западе запятнали своё имя. С этим ему помогли братья из Когтей, у которых был целый архив разного компромата. С десяток дипломатов занимались мелкой контрабандой, четверо крутило с валютой, а двое так вообще, оказались завербованы иностранной разведкой. Старому интригану такое понравилось, не зря он начал собирать компромат на мидовцев, видимо решил прибрать к рукам и это министерство.