«Кавказ». Я нагулялся, Пышечка
Понедельник — день тяжёлый. Кто это придумал — тот знал, о чём говорил.
Будильник орёт в шесть тридцать. Я ору в ответ и бью подушкой по тумбочке. Не помогает. Телефон продолжает надрываться, как будто от этого зависит его жизнь.
Встаю. Тащусь в ванную. Смотрю в зеркало.
Отлично. Просто прекрасно. Мешки под глазами, волосы как воронье гнездо, на щеке — отпечаток подушки. Красотка, блин.
Телефон звонит снова. Мама. В семь утра. Конечно.
— Алло?
— Марьяна! Ты уже встала?
— Нет, мам, я разговариваю с тобой во сне, — выдавливаю зубную пасту на щётку.
— Не дерзи. Я звоню напомнить — у тёти Любы юбилей через месяц.
— Помню.
— Наденешь то синее платье? Которое я тебе подарила.
То синее платье. На два размера меньше? «Для мотивации».
— Оно мне мало, мам.
— Ну, так похудей! Время ещё есть. Посидишь на кефире…
— Мам, мне на работу.
— Кефир и огурцы! Алина так делала перед свадьбой Лены, помнишь? Минус три кило за пять дней!
Алина — моя сестра. Худая. Не потому, что хочет — потому что не может есть. Смотрит на еду — и тошнит. Спасибо, мама. Твои «диеты» творят чудеса.
— Мне пора, — говорю. — Опаздываю.
— Подожди! Я ещё хотела сказать…
— Пока, мам.
Сбрасываю. Знаю, что потом будет обиженное «ты меня не уважаешь». Плевать. Сейчас — плевать. У меня слишком много дел.
На работу я уже опаздываю. Как всегда по понедельникам.
Пробки, светофоры, какой-то идиот на задрипанном джипе, который решил, что поворотники — это для слабаков. Я сигналю. Он показывает мне средний палец. Классика жанра.
До офиса — десять минут. Если повезёт. Если все светофоры зелёные и никто не решит припарковаться посреди дороги.
Телефон пиликает. Сообщение от начальницы:
«Марьяна, сегодня планёрка в 9:00. Не опаздывай».
Смотрю на часы: восемь часов сорок семь минут.
Твою-то мать!
Газую. Перестраиваюсь. Впереди — светофор, жёлтый. Проскочу? Проскочу!
Не проскочила.
Торможу резко. Слишком резко.
И — бам.
Въезжаю в машину впереди. Несильно. Бампер в бампер. Но — въезжаю.
— Да ё-моё! — ору в пустоту и луплю руль.
Впереди — громадный внедорожник. Дорогой, блестящий, наглый. Как и его хозяин, наверное.
Выхожу из машины. Ноги подкашиваются — то ли от стресса, то ли от злости на саму себя, ведь это я виновата в аварии.
Дверь внедорожника открывается.
Из машины выходит… гора. Аж сжимаюсь от неожиданности.
Высокий, широченный мужик. Тёмные волосы, чуть вьются. Горбинка на носу. Рубашка расстёгнута на две пуговицы — золотая цепочка поблёскивает на шее. Да кто-то явно любит выпендриваться, я была права. Джинсы, кроссовки, уверенная походка.