Её огромные глаза глядят виновато, испуганно. А взгляд её подруги… В больших чёрных глазах нет ни страха, ни смущения. Только лёгкое любопытство и наглая победа молодости над зрелостью.
И тут я понимаю. Абсолютно всё. Эта девушка не случайно сидит в комнате его племянницы. Это не случайные фотографии. Это та, о ком он однажды пытался со мной договориться.
«Четыре года назад. Наша кухня. Он массирует мои плечи. Сильные руки, привыкшие ломать противников на татами, кажутся нежными.
– Аминэт, – его голос звучит раздумчиво. Словно пробуя собственные слова на вкус. – А как ты отнесёшься к тому, если я… Ну, если я решу взять вторую жену? По нашей вере это допустимо.
Я тогда рассмеялась. Искренне, от души. Повернулась к нему, обняла мускулистую руку.
– Дорогой, у тебя есть на примете одинокая многодетная вдова или покалеченная женщина, которой нужна помощь и кров? – спрашиваю его, зная Коран и сунну лучше новоявленного «верующего». – Приводи несчастных в дом. Я вместе с тобой им помогу. Будем заботиться о них.
Тогда он отпрянул, как от огня. Лицо потемнело от злости.
– Ты всё всегда превращаешь в шутку! – прошипел он и ушёл, громко хлопнув дверью. Не появлялся дома несколько дней. А потом вернулся, как ни в чём не бывало. И больше мы никогда не заговаривали о новой жене. Я решила, что это была разовая мужская причуда. Минутная слабость. Он всегда был… активным. Выполнял супружеский долг усердно, не давал повода подозревать его в неверности. Считала, что и я, его законная жена, вполне справляюсь со всеми«обязанностями». Я родила ему троих наследников. Содержала дом в идеальной чистоте. Мыла ноги ему и его родителям. Никогда не перечила. Я была идеальной. Оказалось – просто удобной.
И всё это время… он… эту девушку».
– Сколько тебе лет? – слышу собственный голос, словно со стороны. Он, становится плоским, безжизненным, чужим.
Девчонка удивлённо поднимает на меня бровь.
– Двадцать. Вы пришли готовить еду и на мой праздник тоже. Мы родились с Зариной в один день. Это наш первый совместный праздник.
Закрываю глаза.
Двадцать. Значит, он привёл в дом ровесницу моей дочери! Моей дочери сейчас тоже двадцать. Я вдруг вспомнила, что видела эту девочку у нас дома. Несколько раз она приходила к Марем. Накар взял в жёны подругу собственной дочери? Пока я стирала его носки и готовила ему любимую еду, он строил новый дом. Не для вдовы. Для юной, упругой, пахнущей молодостью плоти.