Слева раздался взрыв. Огромный валун врезался в землю, и земля задрожала. За ним уже летел второй.
Вправо, влево, снова вправо.
Я сокращал расстояние между мной и императором, но арена все еще была велика.
Важно не дать ему возможности отдыхать, пусть устанет. Я его измотаю, и тогда… Тогда ему конец.
Передо мной упал огромный камень, осколок от предыдущей атаки.
Уперевшись рукой в глыбу, я направил энергию в толчок. Воздух словно осушился, от солнечного сплетения в руку прошла волна жара, раздался хлопок и булыжник полетел к отправителю.
Тонкая фигура в церемониальных доспехах кувыркнулась, уворачиваясь, и камень влетел в каменную стену, чуть не обрушив трибуну.
Сейчас!
Я сорвался с места и побежал.
Фигура осталась недвижимой, свет вокруг стал меркнуть, небо резко потемнело. Я бросил взгляд наверх.
В лицо ударил холодный порыв ветра, а в воздух поднялся песок. Где-то сверху послышался раскат грома, а потом страшный треск…. Правую половину тела обожгло, но я успел уйти в сторону, уворачиваясь от прямого попадания молнией.
Сосредоточившись, заглянул внутрь себя и черпнул сил из Источника, чтобы быстро залатать небольшие ожоги. Перекачал энергию в самые поврежденные места. Стало лучше.
Император всё ещё оставался на месте, но теперь он поднял руку. Воздух вокруг нее дрожал, искривляясь. Пространство будто ломалось от его мощи.
Смотрит так, будто хочет на месте испепелить. Но пальцы то уже подрагивают…
Он явно не справляется с потоками энергии, напитывающими его. Пытается укротить их, подчинить себе. Глупый слабый старик.
Я сделал шаг вперед. Пришло знакомое ощущение — всплеск силы, стремительный, несущийся сквозь мои энергоканалы.
Я жил, желая превзойти всех ныне живущих, и мир всегда отвечал мне взаимностью, наполняя меня силой. Я не сомневался, не колебался. Я был силён, потому что этого хотел.
Император был силён иначе. Как и у всех других в этом мире, его магия рождалась из отказа — от желаний, эмоций, стремлений. Он обрёл свою мощь, чертовски хорошо подавляя самого себя, но теперь это стало его слабостью.
И я не стану щадить этого ублюдка.
Небо затянулось тучами, свет окончательно померк, и единственное, что озаряло арену, были искры магии, бьющей от нас обоих. В воздухе повис запах озона и пепла.
— Ты не понимаешь, что делаешь! — прорычал мой враг сквозь зубы.
О-о-о, я понимаю. Еще как понимаю.
— Ты убил их, — спокойно проговорил я, смотря ему в глаза. — Неужели ты думал, что за твою трусость тебя никто однажды не накажет?