— Я подумаю, — прохладно ответил мужчина и расцепил кольцо рук, которым почти припечатывал меня к стене.
— Отпусти, — выдохнула я, схватив его за руку.
В этот момент я попыталась вложить в голос немного эфира. Совсем каплю. Ровно столько, сколько мне было доступно без предварительной подготовки.
Говорят, когда-то феи умели очаровывать людей. Это было мягкое волшебство, почти не затрагивающее волю, в отличии от колдовства фурий. Именно на эту силу я рассчитывала, придя сюда.
Мужчина просто должен был испытать ко мне немного симпатии. Может, жалости.
Но в кристальных глазах Дайрена вспыхнуло лишь раздражение.
— С какой стати? — почти прорычал он, глядя, как я держусь за него.
К сожалению, я слишком редко имела возможность тренироваться в этом искусстве.
— Чего ты хочешь? Скажи, — попросила я, чувствуя, что горло опять сдавило.
Нет, я не поддамся страху. Уже поздно.
Дайрен скривился.
— Как быстро ты испортила игру. Ладно, пойдем, — он резко развернул меня и вывел из-под лестницы. — С этого дня ты будешь жить у меня. Пока мне не надоест с тобой играть.
— А потом? — воскликнула я, едва поспевая за ним.
Первый рыцарь повернул голову и мрачно усмехнулся.
— Потом я отдам тебя царице. Может, еще успеешь повидаться с братом.
Я закрыла лицо рукой, на короткое мгновение позволяя себе слабость. Нет, он не увидит моих слез. Тем более, что у меня их нет. Высохли вместе со смертью всего народа.
Если Дайрен не рассказал обо мне царице прямо сейчас, значит, у него есть на меня какие-то планы. И, клянусь Флорой, нашей мертвой богиней, что я сумею ими воспользоваться.
Через минуту мы уже вышли из дворца. На одной из дорожек стоял высокий черный экипаж с металлическими опорами. Огромные колеса были вычищены от грязи, а по обеим сторонам от козел на крыше висели мрачные прямоугольные фонари. За прозрачными стеклами горел огонь, а кучер уже взялся за поводья, словно только и ждал прихода хозяина.
Но самым удивительным было другое. Вместо лошадей в упряжке стояли две огромных мантикоры. Их гладкая змеиная кожа блестела медью. Спиралевидные хвосты с жалами опасно покачивались в воздухе. А круглые глаза с вертикальными зрачками смотрели с голодной злостью.
Что-то в них напоминало Дайрена. Наверно, та самая опасность, которая ощутимо витала вокруг мантикор, была верной спутницей и их хозяина.
— Трогай! — крикнул Дайрен кучеру и, открыв передо мной дверь, с силой впихнул в карету. — Скоро приедем домой, цветочек, — широко улыбнулся он темной, хищной улыбкой. — И у меня для тебя будет небольшой сюрприз.