Мария Зайцева
Он входит в мою квартиру без стука.
Просто появляется на пороге, и я задыхаюсь от ужаса. Высокий. Такой высокий! Полностью заслоняет дверной проем!
С перепуга не сразу могу разглядеть его лицо, да, собственно, и не стремлюсь… Какая разница, как именно выглядит тот, кто будет меня убивать? Какое у него лицо. Какого цвета глаза.
Это ведь несущественно, да?
Главное, чтоб не долго.
И чтоб именно убил, а не… что-то другое.
Потому что этого другого… Я не выдержу.
Он переступает порог, осматривается, и кажется, что все различает в темноте: очертания мебели, декора, опрокинутую в спешке барную табуретку аккуратно обходит.
И бесшумно двигается, как хищник на тропе охоты.
От этих экономных плавных движений мне становится еще страшнее, потому что приходит осознание: он не простой исполнитель!
Он… Он что-то большее!
Неужели этот урод, который послал убийцу, решил, что я ему все-таки нужна? Зачем? Думает, не доломал? Доломал, урод! Одна оболочка осталась!
Я вжимаюсь в стенку рядом с барной стойкой — самое темное место в квартире, и едва-едва перебарываю желание закутаться трусливо в коричневую портьеру, словно в одеяло в детстве. И закрыть глаза.
Когда-то я так делала. И помогало… Верней, я думала, что помогает, оберегает меня плотная ткань одеяла от чудовищ. А на самом деле, это было не одеяло, а мои мама и папа, которые собой, своими спинами, закрывали от ужасов внешнего мира.
Мамы и папы давно уже нет.
И внешний мир больно бьет каждый раз, когда пытаюсь подняться.
И одеяло, увы, не помогает больше.
Я стараюсь дышать потише и пореже. И не поддаваться панике.
Тот, кто пришел за мной… Может, он решит, что я сбежала? Не найдет? И отправиться искать в другое место, дав мне, таким образом, время… Для чего?
Сколько можно бегать?
Я устала… Боже, кто бы знал, как я устала…
Нет уж.
Если в этот раз меня найдут, то… пусть уж сразу. Жаль немного моих поклонников, они очень ждут новую песню, в канале голосовалка набрала уже тысяч десять голосов… И Васю мою жаль. Будет искать, наверно… Хотя… У нее все хорошо. У нее сложившаяся личная жизнь, малышку родила недавно. Может, и не будет искать. В конце концов, это больше я от нее завишу, чем она от меня. На ее песнях я, по-сути, второй раз поднялась. Если бы не она, то…
Свет зажигается внезапно и настолько ярко, что я, не выдержав, тихо вскрикиваю и тут же зажимаю себе рот обеими ладонями.
Слепо моргаю, в глазах слезы и резь. И неожиданно яркий свет закрывается тенью.
Мой убийца прямо передо мной.