На второй день резни, патрули попадавшиеся им стали куда внимательнее и нервнее, то тут, то там в воздухе шныряли вирмы, выглядывая их с высоты, а по ночам они часто слышали леденящие душу вопли и топот полчищ разгневанных порождений Мрака.
Один раз они даже столкнулись с крупным отрядом, больше полтысячи голов, хорошо вооружённых и обученных, но драться с ними не стали. Слишком много времени было ушло, и слишком много бы они привлекли внимания. Несколько раз на их следы выходили, но Кальдур и Розари, возвращались назад или били с фланга, превращая такую удачу «охотников», в полное фиаско.
Ночевали в недоступных для обычного человека местах — узких оврагах, высоких скалах и глубоких пещерах. И с каждый пройденным горизонтом всё больше понимали почему темники выбрали эту местность своим оплотом. Взять это её силами даже в разы превосходящей армии будет непросто, ведь каждый этой гористой клочок земли тут можно превратить в крепость путём нехитрых манипуляций.
— Не следовало вам разделяться.
Грубый и хриплый голос донёсся откуда-то спереди, широкий валун по курсу пришёл в движение и обрёл очертания крепкого мужчины, завёрнутого в пыльный плащ и сидящем на камне. Кальдур потратил несколько мгновений, мучительно перебирая в своей памяти личины своих знакомы и своих врагов.
Бирн.
— Снова ты? — Кальдур усмехнулся и замедлил шаг. — И хватило же тебе духу и глупости снова встать на моём пути.
— Ты мало имеешь понятия о духе, мальчишка, — презрительно ответил Бирн, покачнулся на своём постапенте и сплюнул в сторону.
Кальдур пожал плечами и остановился, разглядывая вершины окруживших его скал. Ждал ещё какого-то подвоха или засады, но напрасно. Его слух не мог выделить ни одно сердцебиение, кроме собственного. Похоже, Бирн был один.
Кальдур уже ни раз разделялся с Розари в поисках оптимального маршрута или чтобы за раз уничтожить две цели, расположенные слишком близко друг от друга.
— Как ты нашёл нас? — спросил Кальдур.
— Пришлось порядочно побегать по горам… но до твердыни темников не так уж и много путей. Не особо интересная история.
— А разве ты не темник? — Кальдур попытался изобразить удивление, но слишком быстро скатился к язвительности. — Язык не подымается так себя назвать? Давай я предложу тебе более правильное слово. Предатель.
— О-о-о, мальчишка, — Бирн зычно хохотнул, и его смех отразился от скал эхом, — ты можешь называть меня хоть своей недотраханной мамочкой, мне безразлично. Мы же здесь не за этими детскими развлечениями, ведь правда?
— А зачем?