— Вам стоило принять моё предложение, лорд Марикет, — мой голос, искажённый силой «Зверя», прозвучал как глухой рык.
— Не… походи… — прохрипел он.
— Боюсь, вы больше не можете диктовать условия.
Вместо ответа он вздёрнул левую руку — и только сейчас я заметил, что в ней он сжимал миниатюрный амулет из зеленоватого камня. Я бросился вперёд, но Марикет успел выкрикнуть пару отрывистых гортанных слов, активируя артефакт — и мне навстречу вырвалось что-то вроде призрачного зелёного облака, слишком объёмного, чтобы от него уклониться. Облако окутало меня, заставив на миг заледенеть… а затем развернулось, с той же скоростью отправившись назад, к Марикету.
— Нет! — только и успел выкрикнуть он. — Прошу, пожалуйста, не…
Но облако его не послушало, обхватив целиком, и словно впитавшись внутрь. Пару секунд первый министр просто стоял, в ужасе смотря перед собой, а затем немыслимо-резко выгнулся назад — и я отчётливо услышал, как затрещал ломающийся позвоночник. Неведомая сила гнула его конечности под неестественными углами, неумолимо выворачивала, давила, буквально сворачивала в бараний рог. При этом он оставался жив слишком долго для подобной пытки — и спустя несколько секунд безумного зрелища и душераздирающих воплей агонии, я вскинул Райнигун и оборвал его мучения.
На улицах Каэллума вновь воцарилась тишина.
— Что это было? — спросил я, подходя к горстке пепла на месте Марикета Хирзериса и осторожно поднимая с брусчатки упавший амулет.
— Я не большой эксперт по высшим смертельным проклятьям, — задумчиво сказала Лита. — Но готова поставить половину библиотеки Полуночи на то, что это было одно из них.
— И у меня к нему вдруг оказался иммунитет?
— Я думала, вы экипировали один из купленных артефактов.
Нет, оба амулета отправились Мордреду, как запасные варианты на случай, если и второй скрафченный мной браслет треснет раньше срока. Новой партии мне пока не поставили, а создавать лично решительно не было времени. Со мной не было никаких артефактов, ни купленных, ни заготовленных. Хотя, если подумать…
Я запустил руку в карман и достал назад золотой шар размером с крупную виноградину. Подарок Альхирета, обычно никак себя не проявляющий, на ощупь был совершенно ледяным — и как будто слегка гудел. Не оставалось ни малейших сомнений, что именно он обратил убийственные чары против того, кто их решил наслать. Безжалостно, эффективно и абсолютно в стиле Альхирета.
— Возможно, я бы предпочёл, чтобы меня скрутило в бараний рог, — проворчал я.
— Возможно, вы бы даже смогли это пережить! — поддержала меня Лита. — Физическое воздействие столкнулось бы с сопротивлением вашей личной силы, а действие подобных проклятий редко длится дольше часа.