Её кожа была мягкой и нежной. Молочно-бледной, порой, казавшейся, болезненной, но это была обманка. Страсть, что кипела в такие моменты в крови Юко, превращала девушку в разгорячённое чудовище, готового растерзать своего партнёра. С одной стороны, скромная, тихая, серая мышка, забившаяся в угол офиса. С другой, ненасытная любовница, желающая получить всё, но при этом отдавая взамен всю себя. Равноценный обмен, как ни крути. И мы всегда оставались им довольны.
Эта ночь не стала исключением. И когда наши тела вновь сплелись воедино, во мне начали бороться прежняя сущность Кацу, которую до конца не удалось подавить (да и надо ли было?), и мои личные желания. А в тот момент я желал лишь одного. Точнее, одну — Мотидзуки Юко. Красавицу, что вызывала во мне дрожь только своим появлением.
— Да… прошу, Кацу, — её ласковые стоны, наполненные развратом и нежностью одновременно, разносились по гостиничному номеру. Отражались от стен и возвращались к нам, чтобы взбодрить, завести и взбудоражить кровь с новой силой. — Не останавливайся…
Юко извивалась подо мной, словно змея. Но от этого сравнения я только больше возбуждался. Она не выскальзывала, но так и норовила закинуть ноги мне за спину, или же опуститься и приподнять бёдра, отчего мне удавалось проникнуть в неё ещё глубже. Это жутко возбуждало, я не мог так долго сдерживаться. Да и она, судя по участившемуся дыханию, тоже. В тот момент наши тела были единым целым. Каждый получал ровно столько же наслаждения, сколько и партнёр.
А когда мы оба достигли финала, то мне показалось, что сотрясается вся комната вместе с гостиницей. Однако наваждение быстро прошло, и я упал на разгорячённое и столь желанное тело моей любовницы.
— Кацу… — вновь прошептала она, приобняв, — мне кажется… я люблю тебя…
И что мне сказать?
За час до этого.
— О таком я не забываю, — в тон ей ответил я, так же приблизившись, опершись о стол. — Скажи мне, Юко, чего ты желаешь?
— Тебя, мой дорогой. В последний раз…
— В последний⁈ — её ответ вогнал меня в ступор, а в голову сразу же полезли дурные мысли. — Подожди, Юко, ты же…
— Ох, нет! — рассмеялась она и отмахнулась от меня, выпрямившись за столом. — Прекрати, Кацу, я не собираюсь расставаться с жизнью. Разве я похожа на дуру?
— Нет. Конечно, нет, — покачал головой я.
— Ну вот видишь, — её смех и голос были искренними. Я бы уловил ложь, если б такова была. Но Юко говорила правду — она не собиралась прыгать с моста или вытворять нечто подобное. Нет, она желала жить. Вот только, что именно значила эта фраза? Она меня бросает? Если так, то-о-о… хорошо. Однако же, какое у меня самомнение, раз подумал, что из-за меня готовы уйти из жизни. Даже Дьяволу должно быть стыдно. — Но в чём-то ты прав, — продолжила тем временем моя собеседница. — Я решила кардинально всё изменить. А сегодняшняя ночь послужит отправной точкой. И я прошу провести её в последний раз со мной, такой, какая я сейчас.