Повисла тишина. Олег посмотрел на меня новым взглядом и кашлянул. А судья…
Нас развели.
Я посмотрела на шедшего рядом со мной Олега, который был под два метра ростом и с внушительной мускулатурой.
Самое смешное, что в момент гадкой истерики Андрея в конце заседания с криками, что я уж точно пойму, что натворила, да поздно будет, я вспоминала его в больнице. Да. Красиво пел. Может, действительно хотел решить все миром, а может, просто манипулировал.
— Имущество начнём делить сейчас. Вы знаете, что делать с бизнесом? — уточнил Олег, а я пожала плечами. Продам.
— Главное, чтобы долгов не осталось… — заметила самое важное я.
— Не останется, — мягко признался Олег и щёлкнул брелоком сигнализации. — Хотите присутствовать?
Я все ещё надеялась, что смогу в скором времени найти нормальную работу, поэтому не факт, что останусь в городе. Покачала головой.
— Тогда оформим доверенность, и я буду держать вас в курсе дела, — предложил вариант Олег, и я кивнула. — До встречи, Евангелина. Будем на связи.
Моя ладонь утонула в большой и тёплой Олега, и я пошла к своей машине. Внутри было… Пусто?
Да.
Скорее всего, внутри не ощущалось ничего, что могло бы хоть как-то заставить меня реагировать на окружающий мир. Даже мои непонятные отношения с Кириллом померкли под гнётом ожидаемого заседания. Хотя вот именно сейчас я бы не отказалась от поддержки.
Наверно, вселенная так устроена, что самые искренние мысли обычно воплощаются в действия. Я хоть не сильно прям требовала, чтобы меня поддержали, но, видимо, и рядом со мной очень эмпатические люди. Когда я открыла дверь квартиры Ляли, на меня сначала посыпались разноцветные конфетти, которые прилипли к телу, потом в потолок ударила пробка от шампанского, а мне в руку всучили покрывшийся испариной фужер с алкоголем.
— Пей до дна! Пей до дна! — скандировала Ляля с бумажным колпачком на голове, прижимая второй рукой к себе Джема. Я приподняла бровь, а потом подумала, что вот вообще плевать, и глотнула шампанского. Ляля взвизгнула и бросилась мне на шею! — Я так рада за тебя! Так рада! Ты свободна! Ты самая свободная девушка, и теперь ничего не будет мешать!
— Спасибо, — с трудом выдавила я, борясь с крепкими объятиями!
— Пошли торт есть! Ты знаешь, какой я заказала! Самый вкусный! — Ляля продолжала прыгать и веселиться. Мне, с одной стороны, так паршиво было, что хоть вой, а с другой… черт. Все закончилось. Все закончилось!
На место пустоты внутри пришло облегчение, давящая на горло удавка развеялась, и мои легкие теперь наполнялись чистым воздухом, который в начале августа пах ещё сильнее арбузами, шампанским и весельем.