Глава 1. Настя
— Девушка, я же вам уже сказал, нельзя, — отбривает меня солдатик на входе. — Без допуска — ну никак.
— Да вы поймите, я же не просто девушка, я жена! — умоляюще льну к забору, будто так смогу протиснуться сквозь решётку. — Он ранен. Мне просто нужно узнать, как он!
Паренек смотрит на меня с усталой, почти извиняющейся строгостью. Он примерно мой ровесник. Щёки обветрены, рука привычно лежит на автомате, как будто это не оружие, а часть его тела.
— Правила для всех одинаковые, — говорит он чуть мягче. — Даже если вы жена. Особенно если вы жена. Вас и быть-то тут не должно. Уезжайте по-хорошему. Пока никто не увидел вас.
— Ну как же я могу вот так уехать? — едва не реву я. — Я ведь такой путь сюда проделала и он совсем близко теперь. А я уеду? Дайте хоть узнать что с ним и я тут же убегу!
— Не положено! — отрезает он упрямо. — У нас тут поток. Раненых много. Списки закрытые. Если нет подтверждённого допуска, извините, барышня.
Я отшатываюсь от калитки, судорожно вдыхая. Руки дрожат, лицо горит.
Меня действительно не пустят к нему?
Я проделала весь путь на попутках, две пересадки, день в дороге — и теперь нас разделяет всего-то какой-то забор?
И я как назло никак с ним связаться не могу. Почти месяц он на связь не выходил, и вот наконец три дня назад звонок от его командира. Назвал мне номер госпиталя и велел теперь им трубки обрывать, лишь бы от него отстала.
Я и обрывала, просила мужа позвать. А они как этот вот — не положено. Как же бесят!
Одному командиру у них все положено. Тот хоть трубку не бросал ни разу.
Кстати…
Я выхватываю из кармана телефон и быстро нахожу нужный номер.
Хасанов. Тот самый командир, которому я в ожидании мужа оборвала телефон.
Пальцы дрожат, я наконец слышу гудки, а затем:
— Ну что опять? — в трубке звучит уставший баритон, успевший мне надоесть, пока я искала мужа.
— Здрасте, Рустам Дамирович. Я извиняюсь. Это жена капитана Зорина вас беспокоит.
— Я понял, — выдыхает кажется раздраженно. — Что еще случилось?
— Я… это… я тут приехала. У госпиталя стою, но меня не пускают.
Пауза кажется просто бесконечной. Я уже хочу было переспросить слышит ли он меня, но наконец:
— В смысле — у госпиталя? — голос ровный, но в нем появляются пугающие нотки.
— Ну… я приехала, — выдыхаю едва слышно, чувствуя, что у меня от его изменившейся интонации ноги почему-то подкашиваются. — Вы же… вы сами сказали, что он ранен и здесь. А он не отвечает. Ни на звонки, ни на сообщения. Я решила — ну, просто приехать. Узнать.