Игорь перевёл ледяной взгляд на сына. Таким взглядом он чаще всего одаривал кого-нибудь из неправдивых сотрудников, посмевших чем-то насолить высшему начальству.
— Павел, я не просил и не предлагал. Я сказал, вон из-за стола.
Он перевёл немигающий взгляд на дочь и слегка приподнял брови, словно его удивляло, что она всё ещё оставалась за столом вместо того, чтобы вскочить и умчаться из столовой при первых же звуках его голоса.
— Вероника, тебя это тоже касается.
И тут уже становилось предельно понятно, что ситуация — серьёзнее не придумаешь. Игорь очень нечасто позволял себе в таком тоне разговаривать с дочерью. Веронику он обожал.
Дочь бросила на меня нервный взгляд, но так ничего сказать и не решилась. Я тоже хранила молчание. Шестым чувством ощущала, что вмешиваться сейчас и уж тем более укорять мужа за грубость бесполезно. Такая демонстративность с его стороны — сознательно выбранная линия поведения. Этим Игорь собирался подчеркнуть, что ни с кем сейчас церемониться не собирается.
Я знала, чем всё закончится. Никто в семье не перечил её патриарху. До сих пор Игорь пользовался непререкаемым авторитетом. До сих пор — потому что с сегодняшнего дня как минимум один человек подставлять шею под его сапог больше не собирался.
Вероника вышла из столовой вслед за помрачневшим братом и прикрыла за ними дверь. В столовой на несколько секунд воцарилась напряжённая тишина.
Кто сорвётся первым? Кто первым не выдержит напряжения? Игорь мог играть в такую игру часы напролёт.
— Ты собираешься устроить мне лекцию о недопустимости такого вызывающего поведения? — осведомилась я ледяным тоном.
Внутри всё, конечно, горело от смеси плохо поддававшихся контролю эмоций, но пока я держалась.
— Я собираюсь выяснить, что на тебя накатило, — в тон мне ответил супруг.
Что, будем в долгую играть? Раскачиваться от льда до пламени, пока окончательно не взорвёмся. Нет, на такую шахматную партию меня не хватит.
— У тебя появилась любовница?
Игорь смотрел на меня не мигая.
— Что, извини?..
— Или ты пока лишь примериваешься? — проигнорировала я его удивление. — Гадаешь, хороша ли для этой роли дочь твоего делового партнёра. Я вот гадаю, хватит ли тебе честности это признать.
— Ты решила в разоблачительницу поиграть? — хмыкнул супруг, смерив меня уничижительным взглядом. — Или ждёшь от меня шока и оправданий?
— Я жду от тебя правду!
— Как будто я тебе когда-нибудь врал. Дарья, ты знаешь, я не трачу время впустую. Хочешь, чтобы мы опустили прелюдию и перешил к сути дела? Уверена, что ты это потянешь?
Впервые за время этого разговора мне сделалось не по себе. Пылавшие внутри меня гнев и негодование притушил арктический тон, которым говорил со мной муж. Его ни на секунду не поколебало ничто из того, что я сказала. Но отступать было некуда — мосты со страшным гулом горели у меня за спиной.