Не везёт Асе с мужиками, я давно это заметила. И почему — не знаю. Достойная женщина, прекрасная хозяйка, хорошо зарабатывает, но женского счастья нет.
— Женька, когда узнал, что я не еду, тоже начал активно с кем-то переписываться.
— Не переживай, подруга. — Обнимаю Асю и стараюсь приободрить, хотя самой несладко. — Я сделаю всю грязную работу за нас двоих и всё тебе расскажу.
Я очень благодарна ей сейчас.
Признаться, её активность не раз меня раздражала, но теперь я рада, что она такая. Благодарна за её прямоту и за ту заботу, что она всегда ко мне проявляет.
В этом мы с ней похожи, но я более спокойная, чем она. Я делаю то же самое, но тихо и незаметно. Она же — громко и активно.
Наверное, этими различиями мы и дополняем друг друга в нашей дружбе.
— Наташ, а как потом? Вас же столько связывает. У вас дети… Дом — полная чаша… Имущество… У него бизнес… — Она перечисляет, будто я не помню, что у нас всё это есть. — Когда точно докажешь измену, ты простишь его?
Молчу несколько минут, не зная, что ответить.
— Простить? Как я могу простить, если он предал наше доверие, нашу семью? Но признаться, я не знаю пока, что буду делать. Слишком тяжело принять реальность. — Не хочу выкручиваться перед Асей. — Но одно знаю точно: больше не могу жить в неведении. Я должна знать правду.
Подруга кивает, наливает чай, ставит передо мной кусок торта, но я даже не могу взять в руки вилку и попробовать его.
Боюсь, что этот кусок застрянет в горле — я слишком волнуюсь, чего уж скрывать.
Внутри всё ещё бушует буря после разговора с мужем, и я понимаю, что самое сложное в случае реальной измены ещё впереди.
— Наташ, — тихо говорит подруга, — держись, ты справишься.
Киваю, чувствуя, как её слова дают мне немного сил.
— Куда же я денусь? Естественно, справлюсь.
Ася мнёт салфетку в руках и смотрит на свою чашку с чаем. Она теперь особенно задумчива, словно её моя ситуация тоже выбила из колеи.
— Ну да… Думаю, выбора нет. Когда я узнала, что мне мой изменяет, сначала думала смогу закрыть глаза на это. А потом поняла — нет, потому что это только себя мучить. Мужик, если загулял, всё, пиши, пропало. Ты же помнишь, как мой в ногах валялся, доказывал, что не будет больше ходить налево. Сколько продержался? — громко хмыкает. — Неделя прошла, пока я не заметила новую переписку! Твой, наверное, тоже такой же. Видишь, даже в путешествие с любовницей собрался, — продолжает подруга, но тут же замолкает, встретив мой взгляд.
Встаю, отхожу к окну и смотрю вдаль. Никогда не думала, что буду в таком разбитом состоянии, как сегодня.