Толчок, еще один, еще…
Каждый – как электрический разряд. Жесткие мужские руки крепко держали меня за талию, не давая вырваться, и это заставляло меня дрожать от возбуждения. Его движения становились всё более интенсивными, и я терялась в этом вихре ощущений.
Он доминировал, его прикосновения были одновременно жесткими и нежными. Он вбивался в меня ритмично, словно закачивал в меня наслаждение. Злость, страх, волнение, возбуждение – всё смешалось, и я не могла понять, где заканчивается одно чувство и начинается другое.
Он контролировал все, и это пьянило, заставляло кричать от удовольствия, хрипло, в полный голос. Я совершенно слетела с катушек и даже не думала о том что нас кто-то услышит.
Безумное, бешеное удовольствие нарастало, накатывало волной и наконец разорвалось сокрушительным оргазмом. Я уже не могла кричать и стонать, лишь тихонько скулила, пока мои мышцы непроизвольными судорогами сжимались вокруг его члена, даря последнее, почти невыносимое удовольствие…
А в следующий момент я проснулась.
Проснулась в своей кровати, в своей квартире.
Черт, это был просто сон! Всего лишь сон. Я лежала на влажных, дыхание было тяжёлым, а сердце бешено колотилось… Кажется, оргазм получился вполне настоящий! Слишком яркий и реальный сон, что тут скажешь.
Я села на кровати, пытаясь успокоиться и прийти в себя. Едва я выровняла дыханье – заиграла музыка будильника в телефоне. Пора было собираться на работу.
Не могу сказать, что рабочий день начался легко. Воспоминания о ярком, почти реальном сне не давали покоя. Каждое движение Джеймса, каждое его слово в том сне были слишком настоящими… И слишком возбуждающими.
Джеймс встретил меня своим обычным строгим взглядом. Сердце снова начало биться быстре.
– Пройдите в мой кабинет, – сказал он, и его голос был холодным и отстранённым.
У меня похолодели руки, а ноги стали ватными. Неужели и дальше все будет как в том сне? Странно, но эта мысль вовсе не вызывала у меня отторжения.
Я последовала за ним, стараясь не выдать своих эмоций – внутри меня всё кричало, что сейчас начнётся то самое. Он велит мне раздеться и…
– Я должен извиниться за вчерашнее, – начал он.
Извиниться? За что? Это ведь я устроила истерику и сбежала!
– Наверное, вчера я вторгся в твою личную жизнь. В конце концов, это твоё дело – изменять мужу или нет, это меня не касается.
О нет, только не это!
– Но я… – начала я свое возражение, но он меня остановил:
– Это действительно не мое дело. И закончим на этом.
Его слова были как ледяной душ. И голос тоже был ледяным. Я стояла перед ним, растерянная, пытаясь осмыслить и принять услышанное.