Когда наконец настал конец рабочего дня, я с трудом поднялась со стула. Джеймс ждал меня у выхода.
– Ты выглядишь так, будто тебе нужен отдых, – сказал он, оценивающе оглядывая меня. – Пойдём, я отвезу тебя ужинать.
У меня не было сил сопротивляться, и я была слишком голодна, чтобы отказаться. Мы сели в его машину и отправились в ресторан. Джеймс привёз меня в один из самых роскошных ресторанов города. Мы прошли в отдельный кабинет, отделённый от основного зала.
Комната была уютной и элегантной, с мягким освещением, создающим атмосферу уюта и спокойствия. На стенах висели картины с пейзажами, а в углу стоял небольшой камин, который придавал комнате дополнительный шарм. Мягкие кресла и стол, уставленный изысканными блюдами, дополняли картину идеального места для отдыха.
Я сбросила туфли и почувствовала облегчение – ноги невыносимо гудели после долгого дня. Я сбросила туфли и почувствовала облегчение – ноги болели после долгого дня. Джеймс молча наблюдал за мной, его взгляд был внимательным и сосредоточенным.
Он подошёл ближе и, присев рядом, аккуратно взял мою ногу в свои руки. Я вздрогнула от неожиданности и смущения – этот жест был слишком личным и неожиданным. Джеймс начал аккуратно массировать мою стопу, его пальцы умело находили все точки напряжения и усталости.
Я почувствовала, как напряжение медленно уходит, и не могла удержаться от облегчённого вздоха. Это было неожиданно приятно, хотя и смущало меня. Его прикосновения были уверенными и заботливыми, и я невольно начала расслабляться, хотя внутренне всё ещё была настороже.
Мягкий свет, уютная атмосфера, и его уверенные руки помогали мне почувствовать себя немного лучше после выматывающего дня. Массаж стоп продолжался, и я закрыла глаза, позволяя себе немного расслабиться, несмотря на внутреннюю тревогу и смущение.
И когда я совсем расслабилась и едва не задремала, наслаждаясь его уверенными и умелыми прикосновениями, он вдруг прервал тишину своим вопросом:
– Так почему ты сбежала тогда?
Я резко открыла глаза.
Его голос прозвучал неожиданно и резко. Я открыла глаза и подобралась. От расслабленности не осталось и следа.
– Я не хочу это обсуждать, – отрезала я, пытаясь сохранить спокойствие в голосе.
Джеймс не убирал рук, продолжая мягко массировать щиколотку, но его взгляд оставался проницательным и настойчивым.
– Может, потому что ты замужем? – его слова прозвучали как обвинение. – Я смотрел личное дело.
Ну хватит! Я резко поднялась, оттолкнув его руки. Внутри всё кипело, и я чувствовала, что обида поднимается волной и уже готова вылиться слезами.