Измена под бой курантов — Ирина Манаева

Около трёх часов я готова и принимаюсь посматривать в окно, ожидая Илью. Надеюсь, не подведёт, иначе снова придётся передвигать сроки, а там, кто знает, когда Эд заявится на порог. Мне звонят незнакомые номера, но всегда на том конце провода оказывается Кораблёв, потому сбрасываю и больше не беру. Пусть изводится, сколько ему влезет, я не обязана отчитываться, потому что, как только между нами влезла его любовница, я перестала ощущать себя его женой.

Илья подъезжает вовремя, и я вижу, как из кабины выбирается ещё один мужчина, оба идут к моему подъезду. Отчего-то в голову лезут непристойные мысли, мне кажется, что сейчас, впусти я их, они сделают со мной что-то ужасное.

— Привет, пап, — решаю подстраховаться, будто телефонный звонок что-то изменит и остановит двух мужиков, которые решили пойти на дело. — Через час примерно буду у тебя.

Открываю дверь, когда слышу стук, всё ещё держа телефон около уха.

— Да, Илья выручил. Хороший парень, — говорю намеренно громко, чтобы было всем хорошо слышно, и мужчины переглядываются. — Откуда его знаю? — переспрашиваю вопрос и задумываюсь. Как сказать отцу, кто такой Илья. — Недавно познакомились, и оказалось, что у него своя фирма грузоперевозок, я же тебе визитку кидала, помнишь?

Показываю парням, что ещё минутку и закончу разговор, а отец удивляется в свою очередь, о какой визитке речь. Ничего я ему не посылала, конечно, но должна же подстраховаться по максимуму.

— Ладно, скоро будем у тебя. Мы пока с ребятами перенесём вещи.

Отключаюсь и приветствую их, чувствуя, как сердце учащает бег. Чёрт, вчера всё казалось как-то спокойнее. Лучше бы я наняла чужих людей, а теперь начинаю подозревать всех вокруг в гипотетических поступках, которые они могут совершить.

— Это всё? — Илья обводит взглядом сумки, и я машу рукой в сторону зала.

— Там ещё немного.

— Ладно. Цепляй, Лёха, — обращается к знакомому, которого решил взять на подмогу.

Они покидают квартиру с первыми пакетами, а я смотрю им вслед, ощущая себя идиоткой на нервах.

Открывшиеся двери лифта выпускают соседку, и мне кажется, что где-то спрятан жучок, по которому она определяет, где происходит что-то интересное. Называйте это чуйкой или наитием, но она снова тут.

Сторонится мужчин с вещами, провожая взглядом, а потом смотрит на меня.

— Переезжаете, Яночка? — называет меня приторно, и воротит от этих любезностей.

— Только я, баба Вера, — улыбаюсь, пожимая плечами.

— К другому мужчине, — понятливо кивает она.

— Да, и он старше меня на целую жизнь!

Она округляет глаза, быстро моргая несколько раз, но вижу, как её подмывает спросить, кто же он.