Вспоминаю как он меня гнобил, как смотрел презрительно.
— Аня, ты столько ешь, я слышал, что беременным говорят есть за двоих, но не за семерых же!
А я всего лишь съела два пирожка и мороженое!
— Я читал, что беременные вполне могут заниматься спортом, им вредно сидеть на одном месте весь день.
А я не сидела, я гуляла, наматывала круги, пока ноги не стали отекать и превращаться в банки.
А как я мечтала, что он будет со мной во время родов!
— Ты с ума сошла? Хочешь, чтобы у меня вообще больше никогда не встал? Я и так-то почти… смотрю на тебя, и всё падает.
Неужели я реально была такой дурой? Слушала его! Терпела эти жуткие абьюзивные фразы! Не просто терпела! Я считала, что он прав!
Да, кстати, эта сучка Наташка и тогда подливала масла в огонь. Говорила мне, что мужа надо слушать, но при этом делать по-своему. Она постоянно мне внушала, что мой муж — подарок судьбы. Как мне повезло, что Егор со мной, что обратил на меня внимание.
Вообще-то, я была красивой, умной, еще и дочь богатых родителей!
И с чего это я, дурочка, ее слушала!
Даже моя мама обратила внимание, что в браке я стала какой-то затюканной, зашуганной.
Мама меня даже к психологу записала.
Помню, такое у него смешное было имя…
Ребус не ребус… Ремус! Ремус Асибян.
Мамины подруги к нему ходили, хвалили, в их узком кругу жен успешных мужчин этот Ремус-Ребус был почти полубогом.
Эх, надо было мне сходить! А я, дурочка, считала, что у нас с Егором всё прекрасно. Что он меня любит, просто я несовершенна!
Идиотка.
Себя он любил и деньги моего папочки. И возможности папины тоже.
А я…
Я как досадное приложение к удобной жизни.
Почему только я сейчас это понимаю?
И… что мне теперь делать?
Я убила мужа! Ну, или покалечила.
Меня же… Меня посадят? А кто будет с Ромашкой? У меня же сын — крошечка! Что будет с ним?
Реву, но стараюсь не скатиться совсем в истерику. Мне думать надо о себе и о ребенке.
Даже если я убила мужа.
В состоянии аффекта же, да? Это суд учитывает?
Суд. Так или иначе будет суд. Мне нужен адвокат.
Почему-то сразу вспоминаю папиного партнера по бизнесу, юриста Эдварда Росицкого. Он меня всегда немного пугал, очень высокий, сильный и суровый. Мне казалось, он улыбаться не умеет. Ну и зачем юристу улыбки? Главное, чтобы умел защищать своих подопечных.
То есть меня.
Да, мне срочно нужен Эдвард!
Достаю телефон. Точно помню, что его номер у меня был. Папа мне его давал не так давно, когда просил меня помочь, передать какие-то документы. Мы с Эдвардом встретились в парке, я гуляла с коляской, взяла нужную папку с собой.
Кстати, Эдвард как раз тогда улыбнулся, когда посмотрел на моего Ромочку, сказал, что у меня очень хорошенький малыш и материнство меня украсило.