– Ну, конечно, нет, Алин! – восклицает Влад. – О чем разговор?
– Просто… Просто, знаешь, как говорят? Чужая душа – потемки. Вот я и пытаюсь заглянуть в твою…Чтобы потом не было больно, – произношу сбивчиво. – Потому что боли в моей жизни было достаточно. И мне, пожалуй, хватит.
Несколько секунд Рокотов смотрит мне в глаза. Пристально, изучающе. Несомненно, он разгадал глубинный смысл моих слов. Понял истинный мотив сказанного.
Я не хочу снова разочаровываться. Не хочу больше страдать. Единственное, о чем я мечтаю, – это любить и быть любимой.
– Алин, – он ловит мои ладони в свои, большие и горячие, – помнишь, я как-то сказал, что те, кто действительно достоин второго шанса, как правило, в нем не нуждаются?
– Да, – киваю я. – Помню.
– То же самое я думаю и сейчас. Ни твой бывший муж, ни моя бывшая жена не заслуживают второго шанса. А вот мы – заслуживаем. И, как мне кажется, друг с другом. Мы ведь уже взрослые люди, правда? Давай не будем портить отношения тайнами и недомолвками, – Влад делает небольшую, но крайне многозначительную паузу. – Я абсолютно честно и искренне выбираю тебя. А ты?
На глаза отчего-то наворачиваются слезы. Глупые и непрошенные. У некоторых людей, определенно, есть дар касаться души словами. Задевать самые потаенные ее струны. Оживлять то, что, казалось, уже умерло.
И Влад, несомненно, из их числа.
Мне до сих пор не верится, что этот разумный и мудрый мужчина повстречался на моем пути. Неужели после всех бурь, невзгод и трудностей я наконец нашла точку опоры? Не только внутреннюю, но и внешнюю. Наконец обрела человека, на которого по-настоящему можно положиться?
– Я тоже выбираю тебя, Влад! – шмыгнув носом, бормочу я. – Только тебя, слышишь?
Рокотов блаженно улыбается, а я, слегка опьянев от счастья, висну у него на шее. Покрываю торопливыми экспрессивными поцелуями его щеки с колючей порослью щетины, лоб и даже глаза.
Говоря по правде, я не думала, что когда-нибудь еще раз смогу вот так полюбить – пылко и беззаветно.
Но я полюбила. И это, черт возьми, чудесно!
Глава 49
Мы с Владом целуемся как обезумевшие. Прямо здесь, на детском празднике. За надувной горкой. От переизбытка чувств хочется поставить мгновение на паузу и тотально раствориться в настоящем. В руках Рокотова, ласково скользящих по моей спине. В губах, настойчиво исследующих мой рот. В тепле кожи, несмотря на которое от затылка к пояснице бегут сладкие мурашки.
– Папа? – детский голосок, раздавшийся чуть позади, мгновенно возвращает к реальности.
Мы с Рокотовым сию секунду отлипаем друг от друга. Стараемся разгладить смявшуюся одежду и напустить на себя неприступный вид, но, бьюсь об заклад, наши попытки тщетны. Эвелина, может, и ребенок, но точно не дура.