Туплю. Молчу. Как олень какой-то просто смотрю на нее такую растрепанную и очень красивую.
А она вдруг шагает ко мне. Обходит стол и решительно откатывает меня вместе с креслом из-под стола. Ладно, сил бы у нее не хватило, поэтому просто поддаюсь заинтересованный тем, что собралась делать. Разворачивает меня к себе лицом:
— Я ведь уже предлагала разобраться с этим раз и навсегда! — рявкает, выпрямляется, и принимается собирать свои пиздатые волосы в высокий пучок.
А затем…
…вдруг опускается передо мной на колени и берется за ремень моих брюк.
Я вахуях наблюдаю с какой яростной решимостью моя маленькая мечта возится с моим ремнем.
Не помогаю, но и не останавливаю.
Она правда сделает это?
Трезвая?
И даже не станет вспоминать о своем долбоебе в процессе?
Ебать. Она обхватывает мой напряженный ствол своей миниатюрной ручкой и кажется я уже готов кончить. У меня аж пресс невольно сокращается.
— Вы ведь этого хотите?! — требует она, слегка сжимая мой член пальчиками.
— Дааа… — выдыхаю я в полном ауте от ощущений.
— Это будет достаточной благодарностью?! — слезно спрашивает она. — Я все сделаю! Но после этого вы оставите меня в покое и больше никогда не влезете в мою жизнь!
Что?
Нет.
На такой расклад я не согласен.
Поднимаю взгляд в ее заплаканные глаза. Блядь, пиздец. И как я сразу не заметил, что она рыдает.
Она реально особенная. Уж такого с моим членом еще точно не делали.
И он моментально на это реагирует.
Ложится.
Подхватываю Леру за локоть и отталкиваю от себя:
— Уходи.
— Да почему?! — воет она, сидя передо мной на полу. — Я ведь согласна, делайте со мной что хотите! Я готова!
— Я не готов! — рявкаю, застегивая свои брюки. — Проваливай нахер! У меня такими темпами от тебя скоро импотенция разовьется! И я к такому точно не готов.
Лера тяжело поднимается с пола и, содрогаясь всем телом от слез, бредет к двери:
— Спасибо вам, — говорит даже не оборачиваясь. — З-за пасту. Было вкусно, — с этими словами она выходит из моего кабинета и пожалуй из жизни.
Я больше не могу ломать ее. Не имею права и дальше давить. Даже мою заботу она воспринимает болезненно.
Хотя тут мне кажется помогли…
Набираю номер своей бухгалтерши готовый рвать и метать:
— Твою мать, Жанна! — рявкаю в трубку. — Ты какого хуя ей наговорила?!
— Извиняюсь, Артур Тигранович. Я просто была уверена, что она ваша любовница, раз вы о ней так печетесь. Откуда мне было знать, что вы волонтерством занялись?
— Твоя задача была просто выполнять мои команды, — цежу я сквозь зубы. — Молча!
— Да знаю я, знаю, — несколько виновато отзывается она. — Я просто настолько охренела, когда к нашей паиньке менты подкатили, что меня просто понесло маленько.