Я ушла на прием, потом заехала в магазин, что был неподалёку от дома, — купить черешни. Очень захотелось, прямо до невозможности. А сезон в самом разгаре.
А еще радовалась, что не просидела в длинной очереди целый час, а то и больше. Торопилась домой, до последнего не желая гадать на пол малыша, но в этот раз врач, не спрашивая, произнес:
«Какой у вас крепенький мальчуган. Сами будете рожать или кесарево? Плод крупный, а вы девушка миниатюрная по своей комплекции».
Я буквально влетела в квартиру на крыльях счастья, но оно разрушилось в дребезги.
Как будто окно выбило ураганным ветром.
Вот какое это чувство. Предательство. ИЗМЕНА.
Я совсем забыла, что у Леры были ключи, выданные на всякий случай, если я не смогу открыть или мне резко станет плохо. У нас с ней была такая договоренность, когда на шестом месяце я чувствовала себя подобно размазанному по асфальту голубю. Мол, откроешь сама. Но я забыла.
В квартире было почти темно, шторы все закрыты. Тишина, а сквозь неё — женский смех и стоны через раз. Её смех.
Лерин голос я бы узнала из тысячи женских голосов на каком-нибудь пафосном мероприятии, куда она меня с собой таскала за компанию, пока я не встретила Андрея. Лёгкий, расслабленный, звонкий.
Потом — тишина, а затем её пошлая фраза:
— Глубже! Резче! Давай! Отымей свою кобылку!
Я прошла по коридору. И подошла к двери нашей спальни, куда ни одна женщина без моего разрешения не ступала. Только очень близкие мне люди. Как оказалось — предатели. Оба!
Лера. Абсолютно голая, распласталась звездочкой на нашей супружеской постели, а Андрей… Меня чуть не стошнило от этого зрелища. Он так самозабвенно имел её, что забыл обо всём, кроме как повернуть нашу свадебную фотографию к стенке.
Стыд? Неудобства?.. Да какая к чёрту разница?!
— Боже, да!.. — они даже не заметили присутствия третьего лица. Меня. Зачем, когда есть потолок и звёздочки триумфа, пика наслаждения от процесса совокупления бабуинов?!
Их одежда была небрежно разбросана от самой двери, можно было живо нарисовать картинку этого страстного процесса, которого у Андрея давно не было.
Но он даже не просил меня удовлетворить его мужские потребности. Почему?!
Ведь мои он удовлетворял, вплоть до начала шестого месяца. Хоть и не так активно. Но всё же. Ему мало меня? Он любит жёстко и властно, но мне не говорил.
— Ахх…
Я увидела, как он накрутил её рыжую копну на кулак и, притянув к себе, впился жестким поцелуем, будто ломал куклу, подчиняя себе.
— Буду трахать тебя, пока не обоссышься от счастья! — прорычал он. А я вздрогнула.
Это какой-то другой человек — не мой Андрей. Нет, я любила другого человека. Нет. ЛЮБИЛА.