Поворачиваюсь к нему лицом. Смотрю в глаза. Он снимает в этот момент свою рубашку, оголяя накаченный пресс. У него красивое рельефное тело с выраженными мышцами. А кубики так и привлекают внимание против воли.
Отворачиваюсь сразу, бледнея. Меня он не привлекает как мужчина. Слишком сильное впечатление осталось в прошлый раз…
— Она утверждает, что ты на ней женишься, — выталкиваю слова с воздухом, заставляя себя дышать. Не думала, что они буду причинять мне столько боли.
— Понял, — отвечает ровно, как всегда холодно. — Я с ней поговорю, и она больше не побеспокоит тебя. Еще какие-то проблемы есть?
Вот так вот… Сжимаю зубы, чтобы отогнать слезы. Для него это все пустяк. Я ему совсем безразлична..
— Проблема в тебе и в твоем отношении к твоей телогрейке, — говорю с вызовом.
Вздергиваю нос, оставаясь спокойной. Сейчас у меня уже отключается рациональность.
— Что? — его широкая бровь вопросительно изгибается и он пристально вглядывается в меня.
Так и разит от него мощной энергетикой. И я на себе явственно ощущаю его давление, хотя между нами метров пять. Только отступать уже поздно. Надо было закрыть дверь с другой стороны и уйти будто ничего и не было.
После такого открытого нападения Марианны промолчать я уже не могу. Чтобы ни было, я не позволю сказать что-то в мой адрес. Пусть разводится и делает ято хочет с кем хочет, но сейчас…
— А то, — складываю руки на груди, силясь выдержать грозный прищур Арслана, — даже извинением ты не сможешь откупиться от меня.
— Даже так? — спрашивает с ухмылкой муж. Но ему явно не смешно и не требуется ответ. Он сдержанно надевает рубашку. И, прежде чем продолжает, застегивает все пуговицы. А я уже не дышу. — А я не буду спрашивать твоего мнения. Оно для меня не важно. От слова совсем, — жестко чеканит слова, опасно приближаясь. Моя кожа покрывается мурашками и страх подбирается к горлу. — И уж тем более не собираюсь извиняться.
Нависает скалой и снова аромат его парфюма обволакивает меня. Арслан слишком близко и я чувствую как теряю остатки смелости.
— Но придется, — выговариваю тихо, но все же не молчу. Пытаюсь удержаться на своем. — И словами тут не обойтись. Тебе нужно было держать ее подальше от меня и не позволять вот так вот самоуправствовать. А я на такой позор глаза закрывать не собираюсь.
— Вот как мы заговорили? — наклоняет голову вбок, не скрывая своего превосходства. — Тебя не научили быть примерной женой? Или ты забыла, что у нас договор только на рождение детей, — слова звучат жестко и хлестко. Каждый, как удар кнута. — Я же сказал, что разберусь с Марианной. Что тебе еще не хватает? Решила проявить себя как обманутая жена? Смирись с тем, что ты всего лишь картинка.