– Охрана! Сюда! – кричит он, медленно надвигаясь к подонку, который, как я сейчас замечаю, еле стоит на ногах.
– А ты не смей сюда больше приходить, да ещё и в таком состоянии! – никогда не видела своего бывшего одноклассника его таким суровым. В голосе просачиваются нотки гнева и отвращения. – Позорище, – добавляет он с укором, качнув головой.
Прижимаю колени к груди, закрываю глаза, пытаясь абстрагироваться от этой неприятной ситуации. Я только ощутила внутри долю успокоения, только начала приходить в себя и пытаться радоваться жизни… Как этот подонок взял и всё испортил. Еще и поставил меня в унизительное положение.
– Это все из-за тебя… Это все ты, – хрипит Гриша севшим голосом, судорожно тыча в меня пальцем. Взгляд с угрожающим прищуром пронзает меня насквозь. Обреченно вздыхаю, понимая, что сейчас как никогда мечтаю о скорейшем разводе с этим мерзавцем.
– Все, проваливай. Иди отсыпайся, – грубо выдает Олег, толкая его в сторону выхода и передавая двум вошедшим мужчинам в форме охраны.
Предатель уходит, но легче не становится. На душе повис тяжелый груз. Не понимаю, как я могла с ним жить все эти годы.
– Вы как работаете? Посторонний человек проник в палату, да ещё и в невменяемом состоянии! – слышу, как за дверью Олег отчитывает охранников. Состояние такое, что стыдно даже в глаза ему смотреть.
Облокачиваюсь боком о стену, пытаюсь привести дыхание и сердечную деятельность в норму. Мне нужно себя беречь, научиться защищать себя от любых негативных внешних факторов. Но так или иначе состояние нервное, взвинченное. Кладу ладонь на свой живот, мысленно извиняюсь перед малышом за недавно развернувшуюся сцену. Догадываюсь, что Гриша приходил не просто так. Похоже, он поругался с мальчиками. Или неужели Стас так быстро сработал? Неужели все гнусные похождения предателя раскрылись? Телефон молчит, и я решаю подождать до завтра. Если есть новости, то я рано или поздно их узнаю.
– Ты как? – в палату входит Олег, я нарочно избегаю его взгляда.
– В порядке, – тихо вздыхаю я, принимая более удобную позу. Подтягиваю подушку выше и облокачиваюсь о неё спиной.
– Прости, Галь. Эти лоботрясы упустили его, я им сделаю строгий выговор, больше такого не повторится, – извиняющимся тоном проговаривает Олег, и вот здесь я вскидываю свой взгляд вверх. Столкнувшись с его проникновенным взглядом, на мгновение теряюсь. – Нет, Олег, это ты меня прости. Это из-за меня он пришел и всех на уши поставил… – голос одолевает нервная дрожь, никак не могу её унять.
– Ну что ты, здесь нет твоей вины, – Олег пытается меня подбодрить, на его губах мелькает мягкая улыбка.