– Как видишь, два сына. Вот, теперь ещё и третий ребенок на подходе… – иронично ухмыляюсь, Олег одаривает меня какой-то доброй, мальчишеской улыбкой. Я тут же узнаю в нем того самого Олега, в которого была влюблена с десятого класса, когда он перевелся в нашу школу.
– Дети – цветы жизни. Ты большая молодец, что решилась пойти на такой шаг, – он поощрительно качает головой, возвращая взгляд на экран. Знал бы он, какой бардак творится в моей жизни. Что этот малыш получился случайно. Что Гриша повел себя как последняя сволочь. Целый сериал снять можно. – Муж, наверное, вне себя от счастья, – его слова больно ударяют в сердце.
– Нет. Мы с ним разводимся, – решаю сказать так, как есть. Не вижу смысла врать и пытаться сделать из своей жизни красивую сказку, которой нет и в помине.
Олег на мгновение останавливает датчик, будто бы мои слова опровергли его в шок. Затем он продолжает манипуляции, тихо проговаривая:
– Мне жаль.
– Все в порядке, – с вымученной улыбкой отзываюсь я.
Олег украдкой смотрит на меня, его губы на секунду ползут вверх. – Плод развивается соответственно сроку. Сердцебиение в норме. Теперь тебе нужно беречь себя, чтобы угроза вновь не повторилась, – мягко проговаривает Олег, я утвердительно качаю головой. Когда он включает звук бьющегося сердца моего малыша, на глазах невольно выступают слёзы. Я счастлива столько же, сколько и несчастна одновременно. Но когда я услышала, как бьется сердце моего малыша, которого я могла потерять, понимаю, что все остальное я смогу пережить. Я справлюсь.
Утерев слёзы, взмахиваю головой, выдавая робко: – Прости.
– Это стандартная реакция. Многие будущие мамочки таким способом выражают свои эмоции, – поддерживает меня Олег, убирая датчик на место и медленно, с осторожностью, вытирая гель с живота. – Главное, больше не подвергай себя стрессам. Ты, наверное, из-за мужа сюда загремела? – на мгновение его голос становится суровым, а брови хмуро сводятся к переносице. Поднимаюсь в сидячее положение, глубоко вздыхаю.
– Можно и так сказать.
– Если хочешь, я больше не буду его сюда пускать, – в голосе Олега проявляется сочувствие и… Поддержка.
– Не беспокойся. Он итак больше сюда не придет, – ровно проговариваю я.
«У него есть дела поважнее» – продолжает фразу моё подсознание, но эти слова я оставляю при себе.
– А у тебя-то как дела? Что мы все обо мне, да обо мне, – решаю сменить тему на более позитивную. Не хочется думать о Грише и его подлых предательствах.
– Знаешь, Галь, а как ты смотришь на то, чтобы как только тебе станет лучше, встретиться где-нибудь, посидеть, пообщаться? Я думаю, нам с тобой есть о чем поговорить, – мужчина как-то двусмысленно мне подмигивает, и я на мгновение теряюсь, ощущая себя робкой школьницей. Щеки тут же вспыхивают, а на лице растягивается через чур довольная улыбка.