Идём с коллегой, предоставленные сами себе. Ну, понятно, не велики шишки, чтобы нам сопровождающих выделять. Зато можем сами выбирать темп движения, и мы не торопимся, разглядывая работающих банковских служащих, в чьи дружные ряды мы вливаемся. На нас почти никто не обращает внимания, ни те, кто внутри помещений, ни те, кто попадаются нам навстречу, ну, кроме некоторых тётек и девок, которые мгновенно оценивают мой прикид и внешность вообще. Вижу, взгляды у них уважительные, хотя стараются не выражать эмоций. Воспользоваться эмпатией? А зачем? И так всё ясно.
О, тут тоже имеется комната отдыха, как раз только что её прошли, причём намного лучше оборудованная, чем на нашем прежнем месте работы. Тут и диваны имеются, и даже пальма в кадке, пусть и невысокая. Всё остальное тоже на месте — кулеры, два кофейных агрегата, посуда, столы, стулья, шкафы, и, главное, успел заметить, открывающийся великолепный вид с двадцатого этажа.
Такое же зрелище обнаружилось и в холле в конце коридора — с одной стороны сплошная стеклянная стена, а справа большая картина с тремя мишками и сосновым лесом. Кажется, это репродукция чего-то известного. Благодаря Ленке я на выставки картин пару раз ходил, но такой не видел. Присмиревшая и при этом тихо млеющая от счастья Ветренко с лёгкой улыбкой подошла к единственной двери в холле и обернулась ко мне, спрашивая взглядом, дескать, ну, ты чего встал?
— Заходи первой, — предлагаю. — Или боишься? — не могу сдержать насмешки.
На душе радость. Новое начальство? Так за дверью явно не оно, а вот в кармане у меня смартфон, блин, не забыть его сегодня сменить на айфон, а в смартфоне эсэмэска о зачислении четыреста тридцати пяти тысяч. Да я в Мухинске столько разве что за целый год зарабатывал. А тут — раз, и вот они. Даже то, что мои двести тысяч наличными лежат в кейсе под столом без присмотра, настроения совсем не портит. Перестал тревожиться.
— Не боюсь, но лучше ты. — отвечает. Постучала и отошла в сторону хитрая. — Лёш! Извини. Алексей Сергеевич!
Ну, ладно, чего. Захожу и сразу же теряюсь от вида стоявшей возле кашпо с фикусом стройной девушки, державшей в руке графин, наполовину заполненный водой. Почему теряюсь? Так она ж при стуке Олечки и нашем появлении не поспешила развернуться, продолжила поливать растение, представив на обозрение попу, туго обтянутую чёрной юбкой размерами до колен. Ветренко, мгновенно срисовав направление моего взгляда, закатила глаза и глубоко вздохнула.
Наконец женщина обернулась к нам поставила графин на стол и поправила очки в небольшой изящной оправе. Слёту определяю, что стёкла там нулёвки. Или для понтов, или антибликовые, чтобы глаза от монитора не уставали. Подозреваю первый вариант.