В этой истории они чего-то не смогли и ушли, в другой… они, наверно, появились. Это цена, странная и страшная, и ничего нельзя сделать, пока не выполнишь предназначение…
Только вот какое?
Они уходят.
Не из Жизни — в другие её слои.
Туда, где, как им кажется, будет больше счастья и меньше боли. Туда, где дети смогут жить без того груза, который взрослые так и не научились носить.
Мать Наследника, как всегда, «просто отказалась» и ушла из роддома. Так это записали люди.
Боги записали иначе.
Наследника отметили знаком, снова и снова. Связали с рыжей девчонкой, которая должна была стать ему всем, чем когда-то не стали их собственные родители.
Камера дёрнулась, распалась, и всё снова утонуло в белом свете.
А где-то над этим светом кто-то уже собирал чемоданы для «хулиганской роты».
Эпизод 4. Решение
— Ну что, полетели? — спросил высокий темноволосый мужчина средних лет, уже стоя на портальной площадке замка.
Сын. Без имени. Просто Он. Почти функция. Но сейчас — очень живой.
— Полетели, — тут же отозвалась красивая рыжая девчонка. Или женщина. Не поймёшь совсем, если честно.
Его жена. Та, что когда-то была земной. Та, что сейчас — проводник между Судьбой и Хранителем.
Он усмехнулся и скомандовал, чуть приподняв голос:
— Хулиганская рота, на вылет!
Площадку тут же заполонил детский гомон.
Двенадцать огоньков. Двенадцать правнуков и правнучек Хранителя и Судьбы. Дети четырёх дочерей Сына. Шесть девчонок, шесть мальчишек — разновозрастная, но очень слаженная стая.
Они выскочили, кто в кедах, кто босиком, кто в плаще поверх пижамы. Шутливо поотдавали честь, кто как понял, и выстроились полукругом.
Где-то за спиной, в тени, переговаривались мужья дочерей — зятья Сына. Они уже привыкли, что в этой семье команду на вылет отдают вот так — на полуслове.
— Командир, — подал голос один из старших мальчишек, с тёмными глазами и слишком умным взглядом. — Мы точно туда, где хоть какой-то интернет ловит?
— Там, где вы будете, интернет будете вы ловить, — ухмыльнулся Он. — Техномагический. Дедушка Дан уже всё настроил.
— О, — протянула одна из девочек с рыжим хвостом. — Опять пра-деда игрушки тестируем.
— Тихо, — рыжая жена толкнула ближайшую внучку локтем. — Сейчас официальная часть. Хоть вид сделайте, что вы воспитанные.
Он улыбнулся. Улыбка была отдалённым эхом другой, тёмной, демиургической, но в ней уже было больше мягкости.
— Дети мои, — начал торжественно. — И примкнувшие к вам взрослые, которые до сих пор прикидываются детьми…