— Все еще хочешь поохотиться на дракона? — усмехнулся Смерч.
Я судорожно сглотнула. Так вот что это за следы! Ожоги от пламени дракона! Я слышала о том, что раны от их огня не заживают. Кожа, где он ее коснулся, навсегда остается черной. Драконьеры как могли прятали шрамы, дорисовывая их и превращая в своеобразное украшение. Пугающее и вместе с тем завораживающее.
Не знаю, чем бы все закончилось, но тут дверь в таверну резко распахнулась, ударяясь о косяк. Все тут же забыли обо мне. Смерч и тот отпустил. Я пошатнулась, едва устояв на ногах без его поддержки.
Теперь в центре внимания оказались вновь прибывшие. Я тоже посмотрела в их сторону и мгновенно протрезвела. Едва увидела нашивку на камзоле вошедшего мужчины. Орел, сидящий на скале, — родовой знак Глостеров. Маркус все-таки послал за мной погоню, и его люди только что меня нашли.
За первым воином вошел второй, потом третий и дальше по счету. Мои глаза расширились. Сколько людей Маркус послал за мной? Я насчитала десятерых и даже немного возгордилась собой. Как, однако, муж высоко меня ценит!
— Вы еще кто такие? — нахмурился бородатый драконьер.
— Мы за девушкой, — первый воин, видимо, главный, указал мечом на меня. — Отдайте ее, и мы уйдем. Обещаю, никто не пострадает.
Я поежилась. Вот и все, добегалась. С десятью вооруженными мужчинами мне не справиться даже с помощью мантикоры. Но, конечно, я попытаюсь. Просто взять и сдаться — это не про меня.
— Твои знакомые? — наклонив голову ко мне, поинтересовался Смерч.
— Это люди моего мужа, — ответила я, не видя смысла скрывать правду. — У нас с ним вышел… э-э-э… конфликт на почве разногласий по управлению общим имуществом.
Смерч хмыкнул. Вряд ли он что-то понял из моих объяснений, но на то и расчет. Не хватало еще каждому встречному рассказывать о своих семейных проблемах.
Особо рассчитывать было не на кого, и я шепнула мантикоре:
— Кажется, тебе надо подрасти.
— Подожди, — ответил Манти. — Может, и не надо.
Я заметила, ему не нравится, когда Кора его кусает. Оно и понятно, змеиные зубы мало кому приятны. У бедняги Манти, наверное, весь зад в дырочку.
Но я не разделяла его спокойствия и не понимала, на что он рассчитывает. Меня же сейчас сцапают! А в моем положении попасть к Маркусу равнозначно смерти. Он меня точно в живых не оставит. Вряд ли я вообще вернусь в Замок на краю. Воины выведут меня из таверны и пристукнут где-нибудь за ближайшим углом.
Но пока я паниковала, произошло кое-что интересное. Бородач-драконьер шагнул вперед, загородил меня собой и произнес:
— Вы уж простите, ребята, но магисса остается. Такая красотка нам самим нужна.