– Закрыто? Это в чём это я тогда на вашу свадьбу завтра пойду?! – замерев с натянутыми до середины ноги колготками, взвизгнула Лизка. – Никитуся, что мне надеть завтра?!
– Не грусти, кошечка, мы что-нибудь тебе подбер… – внезапно заговорил Никита и тут же заткнулся на полуслове.
Сердце закололо с новой силой. Вот же сволочь… Это уже как-то за гранью нормального. Он утешает в этой ситуации ЕЁ?! ЕЁ?! А была ли вообще между нами любовь?!
Чувствуя, как слёзы подступают к лицу, я обвела взглядом нашу спальню. Красный Никита. Полуголая Лиза. Разбитые мечты. Выкинутые в трубу отношения, ладно им хоть всего год. Но вот рухнувшая пятнадцатилетняя дружба… Кажется, я совершенно не умею разбираться в людях.
– В моём платье. Забирай этого козла себе и женитесь завтра, – развернувшись, бросила я максимально равнодушным голосом. – И вон из моей квартиры оба. Чтобы с утра вас тут и духа не было, ясно?
– Маргошенька, стой! Ну куда же ты собралась на ночь глядя, – встрепенулся Никита и рванул за мной. – Давай поговорим, кошечка моя! Ну зачем же ты так с плеча рубишь. Мы же так хорошо жили вместе в этой чудесной квартире! Ну давай сожжём этот матрас и ремонт сделаем?!
Размазывая слёзы по лицу, я толкнула дверь, выходя в подъезд. От слов Никиты мне стало совсем гадко. «Вспомнил, наконец, что я тоже его «кошечка»?», – зло усмехнулась я про себя.
Видимо, понял, что, не женившись на мне, квартиру, он никак не получит. А это, всё-таки, четырёхкомнатная квартира на Новослободской. До центра – рукой подать. Хотя, что ему с того, что мы поженимся? Квартира-то моя же изначально.
– Эй, Марго, стой, тебе говорят, – вслед мне крикнула Лиза. – Ну не надо устраивать из всего этого трагедию! Подумаешь, переспали. Ну не морковка же у него там, не сотрётся!
А она-то чего так распереживалась? Ей-то какое дело?! Сцепив зубы, чтобы сохранить достоинство, я вышла в подъезд, с силой хлопнула дверью и сползла по ней на пол.
Сердце кололо в груди, будто ёж, а в глазах потемнело. Или это просто в подъезде темно?
– Никитос, чего встал? Одевайся, быстро и верни её, как хочешь! – услышала я злой и торопливый шёпот «подруги» из-за двери. – Надо уговорить её, сам знаешь. Я тебя для чего с этой дурой познакомила? Иначе нам никогда не расплатиться с ними. Мы вылезем с тобой из долгов, только если вы женитесь, её сердце «гакнет» и ты станешь хозяином квартиры. Она уже на грани должна быть, ты же уже месяц пичкаешь теми таблетками! Соберись, тюфяк, иначе всё зря было! Иди, бегом.
Моё сердце «гакнуло» раньше.
Рука сама потянулась к груди – там пылало. Дышать было почти невозможно – на грудную клетку будто положили тяжёлый камень. Боль отдавала в левую руку, прямо как по учебнику.