Голос Тейрана заставил меня вздрогнуть и поднять взгляд.
— Что скажешь, если я подарю тебе эту беседку?
В голове прояснилось, но не очень. Впрочем, достаточно для того, чтобы ответить твёрдым голосом:
— Нет. Я заплачу.
— Как скажешь.
Дракон слегка улыбнулся уголками рта, и в глазах у него промелькнули чёртики. Тут бы мне насторожиться, но я наоборот с облегчением выдохнула, радуясь, что не надо его уговаривать.
Хорошенько рассмотрев чертёж, Тейран спустился обратно к пруду и принялся творить магию. Я смотрела с открытым ртом на то, как камни сами собираются, укладываясь в ровную площадку, а металл повинуется взмахам рук дракона, вытягиваясь в ровные опоры, завиваясь в узоры, сплавляясь в изящный шпиль на крыше. Сама не заметила, как подошла ближе.
— Красота, — восхищённо выдохнула я.
— Нравится?
Тейран обернулся, сияя улыбкой, а я внезапно осознала, насколько его магия сильнее моей. Захоти он — восстановил бы тут всё за один день. Но он не спешит, не торопится. Даёт мне время сделать всё самой.
Это было что-то новое для меня — когда мужчина рядом с тобой не равнодушен к тому, что тебе дорого, не обесценивает плоды твоих трудов, не подрезает крылья из страха, что ты улетишь от него. А вместо этого просто помогает, чтобы быть рядом.
— Нравится, — прошептала я.
Тейран посерьёзнел, приближаясь ко мне. Синие глаза стремительно темнели, словно надвигалась буря.
— Я жду, — тихо сообщил он. — Оплаты. Помнишь, ты хотела заплатить за работу сама?
Объяснять Тейрану, что сейчас мне нечем ему заплатить, было бессмысленно. Да и вряд ли лорда с его состоянием волновали деньги. Сейчас он явно требовал другой, куда более искренней благодарности за работу.
Он надвигался на меня, а я не могла даже пошевелиться, прикованная к месту потемневшим взглядом. Перестала чувствовать землю под ногами, прохладный ветерок на коже — остался только жар, который исходил от мужчины рядом, опаляя меня.
Перед глазами замелькали тёмные пятна. Я бы и не обратила внимания, если бы дракон не нахмурился на какую-то долю секунды.
Между нами мельтешили гардокрылы, призывая идти к воротам.
— Кто-то пришёл, — сказала я внезапно охрипшим голосом и попятилась от Тейрана.
У ворот стояла моя утренняя просительница. Махнув ей, я пошла за ромашкой, по дороге пытаясь прийти в себя и уложить царивший в голове хаос хоть во что-то разумное.
То, что тело уже давно сказало Тейрану «да», было понятно. Но теперь туда же подался и разум! Какая-то критическая его часть ещё вопила про опасность, проклятие, Вивиену и властные драконьи повадки, но слушать её хотелось всё меньше и меньше.