Недолгое молчание. Всего с пяток секунд, после которого куратор протянул.
— Поединки разрешены. До первой крови без разрешения рода либо куратора в твоём случае. До серьёзного ранения — при разрешении куратора курса. До смерти — запрещены для всех обучающийся в Центре Знаний. Где ты?
— В Гагаринском, на… — бросаю взгляд в окно, чтобы быть абсолютно уверенным. — Широкова, дом двадцать три. Чёрный «мерин», номер К333ИВ.
— Выезжаю. Буду не позже, чем через четверть часа.
Этот разговор закончился, но предстоял следующий, на сей раз с Майей, которая, как оказалось, уже успела прийти в себя и, выжидающе глядя на меня, молчала. Однозначно хотела сперва не мешать разговору, а потом… Что именно «потом», я гадать не собирался, предпочтя сам повести важный разговор. Времени только на него было не очень много, ну да я и за пяток минут могу уложиться. Тут главное уверенность в доверии Майи к моей персоне. Оно, как я уверен, есть, причём на достаточно высокой планке.
— … вот такие примерно дела, — спустя шесть минут выдохнул я, завершая очень краткий экскурс в суть того, что произошло и что Майе желательно делать для лучшего выхода из сложившейся ситуации. — Ты можешь получить очень много, если станешь развивать себя должным образом. Начальная инициация сменится полноценной, ну а я, вне всяких сомнений, помогу тебе.
— Поняла, — кивнула подруга, попутно стряхивая пепел на асфальт. — Я сегодня видела много необычного. Вся эта магия-шмагия, строчки пережд глазами, как будто у меня комп в голове притаился. У двоих сразу одного безумия не бывает.
— Я тебе ещё многое покажу. Такого, что тебе всё это «безумие», — пальцами специально беру слова в кавычки, — сильно понравится. Так, что жить без него не захочешь.
— Ох уж прямо так-таки уверен?
— На девяносто девять и девять в периоде процента, особенно тебя не первый год зная. И моя ма-ахонькая просьба…
— Ник, не нуди! — сразу вскинулась Майя. — Один раз сказал и всё, повторять мне не надо. Ты для меня такое сделал, что… Я всё видела. Эти ящерицы, потом этот, когда что-то со своими штуками делал. Потом его плеть, твой меч… Ух! Как в фильмах, только круче. Если я так тоже смогу, то… То ты прав, я уже хочу! И никакое безумие не остановит.
Очередной окурок был выброжен, она же снова потянулась за почти опустевшей пачкой сигарет. Не дамских, не ароматизированных, а мужского такого «верблюда», то есть «кэмела», конечно. Просто привык так эту марку обзывать, вот и все дела.
Моя просьба? Касалась исключительно того, чтобы не врать при более чем вероятных расспросах напрямую относительно времени своей инициации, но заплести такую паутину полуправды. Чтоб всё выглядело так, как и ей, да и нам обоим в целом было бы куда лучше. Дескать, всегда увлекалась мистикой, хоть и не сильно, поэтому видела всякое уже не первый день. Ну а когда поняла, что с ней и отцом происходит как раз нечто мистическое — сразу обратилась к тому, кто, как она знала, сможет ей помочь. Ко мне.