И что? Он сдастся? Не бывать этому. Если так поступить, то смерть отца станет напрасной. Вернуться в Гряду и потребовать от Раут ответа? На такое безумство мог решиться лишь тот, за кем присматривают имперцы. Что ему помощь слабых Волков? Мириот не верил, что смерть вообще может коснуться Леграда. Нет, она будет ходить вокруг него, забирать всех, кто идёт с ним рядом. Как забрала отца и деда.
Мириот щерил зубы, едва ли не рычал, провожая взглядом Леграда. Тот несколько раз оборачивался, но не поднимал глаз на балкон. Хотя не мог не ощущать его гнев и желание убить. Мириот прошептал:
— Что? Оставил отбросы за спиной? Думаешь, граница нас разделила? Как бы не так.
Формация снова растянула плёнку полотнища, закрывая проход. Стражники на той стороне, облачённые в одинаковые доспехи, шагнули к пришедшим, охватывая их полукругом, и Мириот развернулся. К гарху попытки ужиться с другими ватагами Шепчущего, к гарху все осторожные планы. Волки были не самыми сильными в Гряде, не самыми богатыми, но они были лучшей и самой крепкой ватагой. Он повторит всё здесь, на новых землях. Заставит местных считаться с Волками или сотрёт их отряды из списков клана Малвир. Лично. Не оставляя грязную работу на собратьев. А потом сам шагнёт во Второй пояс. Его мечта сбудется.
Ирам недовольно покосился на шум с лестницы. Местные гуляки, которым монеты жгли карман, часто позволяли себе пустить в ход кулаки. А залив глаза вином, даже техники. Стража города таким только рада: штрафы с нарушителей весомой долей ложились в казну Ясеня. Странно лишь то, как рано началось гульбище. Ещё обед не наступил. К счастью, шум дробно прокатился по лестнице вверх и стих. А затем прекратились и возмущённые причитания слуги.
На столе стоял кувшинчик с горячим настоем, на деревянных блюдах разложена сладкая выпечка. Но ни Ирам, ни Джад не прикоснулись к ним. Они пришли сюда не ради еды, а ради вида с балкона.
Ирам улыбнулся мыслям. Казалось бы, всё давно и твёрдо решено, всё обговорено с отцом: он отказывается от пути торговца и становится на путь Возвышения. Служба в страже, выполнение долга, услуги тем, кто носит родовое имя Малвир. Десять-двадцать лет усилий и его семья сумела бы обратить на себя внимание старейшин. А может и вернуть… Ирам оборвал лишние мысли.
Но пока что все его удачи связаны не со службой. Не считать же за неё поимку двуличных стражников? Удача случилась торговая. И он её не упустил. Отец с самого детства учил Ирама: будешь три года совершать добродетельные поступки — мало кто будет знать об этом; однажды совершишь дурной — узнает весь Пояс. Ирам так и старался жить — не делая дурных поступков. И никогда об этом не жалел.