Мы с Федей находились в одном из складов трофеев. В «одном из», потому что паломничество идиотов не кончалось, а я уже не знал, плакать или смеяться. Складом заставленное бронетехникой помещение было потому, что техника была признана перспективной и подлежащей починке, а то и модернизации и использованию Гаражными.
А заставляем он был потому, что времени на эти отходы идиотской жизнедеятельности не хватало! Куча работ, важнее возни с броневиками, даже у Андрюхи, не говоря про меня. Но зрелище впечатляло, и Федька, поймавший меня тотчас по приезду тут, удивлённо присвистнул, разглядывая стройные перекорёженные ряды, отблескивающие бронёй и щетинящиеся пушками.
— Это всё — трофеи? — начал он явно не с того, с чего собирался.
— Трофеи, трофеи, — покивал я.
— Свидетельство доблести… — пробило его генеральность на пафос, впрочем, тут же Федя встряхнулся и простёр в мою сторону обвинительный перст. — Ма-а-арк!
— Что «Марк»? — хмыкнул я. — И Федь, постарайся не вещать, а говорить. И указывать пальцем, а не простирать перст. Так от меня можно добиться ответа, а не… — на этом я, всё-таки, засмеялся.
Федька на меня позыркал, поизображал обиженного и даже местами потерпевшего, но всё же фыркнул и продолжил уже без потуг в Имперский Драматический.
— Марк, какого хера⁈ — несколько более удобоваримо спросил он.
Тоже та ещё фигня… Но явно лучше, чем было.
— Такого, Федь. Не думал, что тебе придётся это объяснять, но тридцать миллионов — стоимость ТОЛЬКО лаборатории, если быть честным. Тридцать, Федь! И сказать тебе, какие у нас накладные расходы?
— И какие? — заинтересовался Теодор.
— Сто шестнадцать рублей. Патроны, оплата бойцам, бензин, амортизация техники и оружия. Ремонт и премии я не рассматриваю — это отдельно идёт по графе «непредусмотренные трофеи», которые я тоже в тридцатке не учитывал. Но даже там дебет превышает кредит…
— Марк, тебя Рината не покусала? — подозрительно прищурился на меня Федька.
— Не-а. Я бы и не дался.
— Это хорошо. И что не кусали хорошо, и прибыль, и добыча. И я, в общем, понял почему ты мне ничего не сказал…
— Никак, Федь. Действительно искусный менталист: прикрыть себя я мог, хотя и не сразу. А удалённо и тебя — никак. Плюс я в эмоциях этих типов чётко отслеживался как приоритетная цель, помимо фоновой алчности, само собой. Так что вариант, например, мне сторожить их — вообще не рассматривался.
— А не сторожить вообще?
— Тоже не вариант. Они клюнули, но потому что всё шло по их плану. А как только появились бы странные непонятки…