Цитадель регионального управления «Ла Эмэ», Роатан, Ислас-де-ла-Баия, Карибский бассейн
Алехандро Коррити праздновал, с приближёнными, малыми донами, самыми доверенными хефе. Музыка, выпивка, снующие полуобнажённые служанки… Хотя сам дон не столько веселился, сколько расслаблялся, лениво потягивая кшаса.
Причина празднику уже вылетела из памяти дона, как неважная: дары преподнесены, нужные слова сказаны. Но вот просто расслабится и отдохнуть главе карибского Ла Эмэ доводилось нечасто, так что он довольно пользовался случаем.
И довольно же рассуждал о том, что после череды совершенно бредовых провалов, наконец-то появился прорыв с кровником. Договор с Манаусом и правильное планирование позволит не только разрушить часть дела проклятого Мехова, но и гарантированно его подставит.
После утраты мощного производства кровнику придётся прибыть в Амазонию, где Коррити и лично его люди… а, возможно, несколько наёмников — решат кровный вопрос.
Ну а даже если нет — ослабление кровника нелишнее. И, что главное, никто не обвинит дона в слабости: нападение и захват имущества «наглых корпоратов» было вполне оправдано традициями.
Не явились к дону, не проявили уважения… В общем, всё…
— Дон Коррити… — вдруг раздался напряжённый голос, и Коррити хмуро взглянул на бледного сикарио.
— А, Педро! — широко улыбнулся дон, вставая и хлопая подчинённого по плечу. — Я понял: ты с хорошими новостями. Возьми, выпей.
— Я…
— Пей, Педро, — улыбаясь, буквально силой всучил дон бокал кальвадоса.
— Да, дон. Ваше здоровье… — опрокинул Педро бокал в рот.
— Всё же отлично? Наши бойцы всё захватили? — улыбался дон.
— Не сов… — начал было сикарио.
Но договорить не успел: с громким хлопком из выхваченного пистолета Алехандро вылетела пуля, попавшая между глаз Педро.
Послышались взволнованные возгласы, к месту отдыха дона потянулись люди. А Алехандро, расслабленно растянувшийся на кресле, пояснил:
— Камрадос, мы сегодня отдыхаем. И если наш праздник попробует испортить ещё один пута де мадре — прострелю ногу! Кто бы это не был, клянусь! — с этими словами и улыбкой дон отсалютовал бокалом.
Но через несколько минут к дону буквально подбежал парень лет двадцати. И буквально с ходу зачастил:
— Дон, отряд под Манаусом уничтожен!
— Хорошо, Антонио, — с закаменевшим лицом произнёс Коррити. — А завод проклятых гринго?
— Цел, дон…
— Ясно. Не страшно. Ступай, отдохни, сын.
— Я…
— Выпей, развлекись с девочками, поспи. Ступай, Тони, — благожелательно произнёс дон, подошёл, приобнял сына и слегка оттолкнул.