Мысль, которая раньше была лишь тенью, теперь предстала ясной и чёткой: он, инженер из будущего, своими руками спровоцировал гонку вооружений на пять лет раньше срока. Максим ясно представил себе эту бесконечную, изнурительную гонку. Немцы, увидев нашу наклонную броню, не будут сидеть сложа руки. Они бросят все силы на создание танков, способных её пробивать. Мы ответим усилением брони и новой пушкой. Они модернизируют свои будущие «Тигры» и «Пантеры». Круг замкнётся. Итогом станет не победа, а новая, ещё более страшная война, где потери будут исчисляться миллионами. Главное, чтобы атомную бомбу не создали раньше времени, ведь Германия в те времена славилась своими физиками, которых затем вывезут за океан.
Максим почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он — человек, который хотел спасти миллионы жизней, — возможно, только что сделал хуже. Он подарил врагу бесценные сведения. Теперь немцы знают, что советские танкостроители мыслят наклонной бронёй, дизелями и длинноствольными пушками. И они успеют создать противоядие. Впредь нужно быть осторожнее и все тщательно продумывать.
— Спасибо, товарищ Петров, — ответил Максим, стараясь скрыть внезапную тревогу. — Мы просто сделали свою работу.
— Свою работу, — усмехнулся Петров. — Ладно, иди, семья заждалась.
Максим шагнул вперёд, и Наталья бросилась ему на шею. Она плакала, смеялась, целовала его прямо при всех, не стесняясь.
— Вернулся, — шептала она. — Вернулся, родной…
— Вернулся, — ответил он, прижимая её к себе. — Обещал ведь.
Ванятка повис на нём, обхватив руками колени. Максим подхватил сына, поднял высоко.
— Папка! — кричал мальчик. — Ты герой! По радио сказали! Ты на танке в Москву ездил!
— Ездил, сынок. И тебе гостинцев привёз.
— Ура!
Они стояли, обнявшись, а вокруг гудела толпа, играл духовой оркестр, кто-то кричал речи. Максим чувствовал, как от всего этого кружится голова. Ещё неделю назад он был просто инженером из Сибири, а теперь — герой всесоюзного масштаба. Но внутри уже зрела горечь. Эта слава была фальшивой. Она не стоила той цены, которую предстояло заплатить.
Потом был митинг. Выступали партийные руководители, рабочие, инженеры. Максима просили сказать речь. Он вышел к трибуне, посмотрел на море лиц — усталых, но радостных, верящих в лучшее.
— Товарищи, — начал он. — Мы сделали танк. Но это только начало. Нам предстоит огромная работа. Спасибо вам за веру, за поддержку, за труд!
Ему аплодировали стоя. Максим спустился с трибуны и почувствовал, как усталость наваливается тяжёлым грузом. Дорога, встречи, эмоции — всё смешалось в один клубок.