«Ничего, дострою замок, там поставлю такие столы, что места будет хватать им всем, и жёнам их и детям тоже. Буду давать рождественские обеды и балы».
А он, пока не подали первое блюдо, запах которого уже ощущали все, заговорил:
— Господа, вы все уже знаете, что дело, порученное мне Его Высочеством, удалось. Мы с господами Брюнхвальдом и Дорфусом и другими офицерами освободили принцессу Винцлау из плена колдунов и препроводили её в Швацц, в её столицу.
— Прекрасно! — воскликнул полковник Рене, поднимая стакан. — Надобно за то выпить!
— Да, надобно выпить, — в отличие от своего полковника, генерал весел не был. — Выпить надо за моего оруженосца фон Флюгена, что погиб во дворце колдунов.
— О, — сей негромкий возглас, как печальный вздох, прокатился по присутствующим. Почти все мужи, сидевшие за столом, были людьми ремесла воинского, к смерти привычными, но потеря человека столь юного, да и, что там говорить, которого все знали и многие любили, была для них событием удручающим.
— А тело его прибудет? — сразу спросил отец Симеон. — Если прибудет, то отпою его.
— Нет, — отвечает Волков, — там его похоронили. Прямо возле сожжённого замка нечестивых.
— Ну, всё равно справлю по нему заупокойную, — сказал священник. — Славный был юноша, храбрый, хоть и бесшабашный.
— Да, — согласился Волков, — сделайте это, святой отец. Он того заслужил. А ещё помолитесь за отрока Хенрика, он ранен, потерял руку от вражеского болта, — он хотел предложить гостям выпить за убитых и раненых его оруженосцев, но не успел…
— Да что ж такое! — осерчал Игнасио Роха. — Что же у вас там случилось? Неужто так было жарко?
— Было, — со вздохом ответил генерал. — Нас заманили в замок. Околдовали… Меня. И я, оставив главные силы на Брюнхвальда, сам поехал по приглашению колдунов к ним в замок. А там нас попытались убить. Всех кавалеристов, что были со мной, убили, кроме одного, фон Флюгена убили, но мне, фон Готту, Хенрику и кавалеристу Кляйберу удалось запереться в одной из башен. А по пути мы ещё и принцессу нашли. А потом подошёл и Брюнхвальд.
— Колдунов убили? Сколько их было там? Хоть одного убили? — сразу спросил Роха? Это, как и всякому военному, было для него очень важно. Важно, чтобы потеря была искуплена потерей у врагов.
— К сожалению, они сбежали. Но солдат их мы побили почти всех. И коннетабля мы их убили, и замок мы их спалили и многих приспешников их успокоили на века, — отвечал генерал, хотя и без гордости, скорее рассказ его походил на отчёт.
— Видно, вам самому пришлось поработать мечом? — догадывался Рене.