Даша присмотрелась и сначала заметила лишь непонятное марево, но потом посреди него моргнул огонёк. И ещё раз. И ещё.
Моргания становились всё чаще, и с каждой секундой они усиливались, пока не превратились в яркую светящуюся точку. Эта точка начала расти, и Даша поняла, что оставаться здесь дальше точно нельзя.
— Ксю, быстро из комнаты! — крикнула она, хватая сестру за плечи и выталкивая её в коридор.
— Но там светлячок! — возмутилась девочка.
— Это не светлячок! — резко отрезала Даша, чувствуя, как по спине пробегает холодок.
Она захлопнула дверь спальни и крепко прижала Ксюшу к себе. Девочка недовольно заерзала, но Даша держала её с такой силой, что та не могла вырваться, вглядываясь в щель под дверью.
Свет в комнате не исчезал. Напротив, он продолжал расти, тонкими лучами пробиваясь сквозь зазор в двери. Воздух вокруг наполнился странным напряжением, как перед грозой.
— Даш, а вдруг это фея? — шепотом спросила Ксюша, заглядывая сестре в глаза с детским восторгом.
— Очень сомневаюсь, — пробормотала Даша, осторожно отступая назад.
И вдруг раздался звук. Глухой, вибрирующий, словно низкий гул какого-то огромного механизма. Дверная ручка задрожала.
Даша похолодела.
— Ксю, назад! — скомандовала она, потянув сестру дальше по коридору.
Но не успела она сделать и пары шагов, как дверь в спальню распахнулась с ужасным скрипом. В дверной косяк впилась когтистая лапа, сминая его как картон.
— Бежим! — крикнула Даша, подхватывая сестру и бросаясь к выходу.
Два часа спустя.
— Блин, братан, ты вообще не шаришь что ли? — трое парней, явно любителей готической культуры, шли по улице, которая уже темнела, и на которой начали зажигаться фонари.
У одного из них за плечами болталась гитара, второй шел с пустыми руками, а третий нес круглый чехол, который явно весил достаточно, чтобы парень слегка перекосился вбок, пытаясь компенсировать вес.
— Сам ты не шаришь! Slipknot первый альбом записали без метронома! — с жаром возразил парень с чехлом на плече.
— Ты чего, угораешь? Какой Slipknot? Мы с тобой что, альтернативу играем? — возмутился второй. — У нас чистая математика, а под твой плавающий темп играть в 13/8 я вообще не могу! Ты меня сбиваешь!
Они спорили об этом всю дорогу с репетиции, и их возгласы эхом разносились по странно пустой улице.
— Воу, смотрите! — третий, все это время молчавший парень, указал на подсвеченную фонарем скамейку, на которой сидела девушка. — Фига перфоманс! Го позырим!
Парни переглянулись, мгновенно забыв про спор. Девушка сидела неподвижно, склонив голову, её длинные волосы скрывали лицо, а светлая одежда была испачкана чем-то тёмным. В свете фонаря пятна казались почти чёрными, но какой-то инстинкт подсказывал, что это вовсе не краска.